The Мечты. О любви

Но все же вместе они провели несколько совершенно головокружительных недель и слишком быстро разочаровались, даже еще не съехавшись. Не получилось.

А Женечка вот… получилась. И в ней уже ни Артем, ни Мелисса не разочаруются никогда. Странно, но Мел и имя понравилось, которое он предложил. И в том, что касалось дочери, между ними царило полное согласие. У них была идеальная беременность, проведенная почти полностью в офисе, идеальные партнерские роды, и даже жили они в одном квартале, в нескольких минутах друг от друга. Потому что так было удобно. Почти гостевой брак. Только Мелисса по-прежнему была замужем за работой, а ему — никто не мешал заводить новые отношения.

Потому что с Мечтой не сложилось.

Мечта сидит к нему в полупрофиль и полностью поглощена детьми, тогда как он может беспрепятственно изучать ее черты, такие же красивые, как раньше. Она просто стала старше, но оставалась собой. Его самой большой Мечтой.

— А что наш Главдракон? — вдруг спросил Юрага. — Неужели добровольно оставил пост?

— Главдракон? — переспросила Женя и рассмеялась. — Это самая удивительная история, которая могла случиться. Лет пять назад наш Главдракон перешла комендантом в общежитие военно-инженерного колледжа. Ташка утверждала, что у нее роман с кем-то из деканов, ну или как там они называются у военных. Ташкины сведения, впрочем, как и прежде, надо делить в лучшем случае на два. Но наша Любовь Петровна безусловно нашла себя в командовании курсантами. Порхает, словно бабочка.

— Роман и Горбатова? — Юрага присвистнул. — Рано, рано меня выперли, я бы на это посмотрел. А Ташка что? Семья? Дети? Как там ее Андрейка?

— А у Ташки точно роман. С технологом кондитерской фабрики. Андрейку она бросила. Достал он ее своими пьянками. Вот она собрала сына — и ушла.

— Хм… Ташка-пташка… сразу же было понятно все, чем закончится, — пожал плечами Юрага и улыбнулся. Почесал лоб, взглянул на дочь, которая, видимо, очень даже спелась с мальчиком Сашей и настойчиво ему втирала, что ей срочно понадобился такой ров, чтобы вел к морю. Мальчик, кажется, вдохновился и теперь, что называется, «играл мышцами», в смысле — копал.

Снова перевел взгляд на Евгению Андреевну. И сказал:

— Вы знаете, здорово, что мы увиделись. Я хотя бы буду знать, какая вы теперь, Женя.

Она тоже некоторое время смотрела на детей. Пока Сашка и новая подружка копались в песке, Андрей, оставшийся вдруг без надзора старших детей, воспользовался случаем и возводил самостоятельно башню, в то время как Лизка, делая вид, что ничего не замечает, занималась украшательством Сашкиной.

— Изменилась? — весело спросила Женя, повернувшись к Юраге.

— Да. Но хорошо… правильно… ну, красивая. Вам идет. Вы счастливы?

— Да, — кивнула она.