The Мечты. О любви

— Жека, Жек, я счет с Никитичем сравнял! Аяз звонил, — говорил Моджеевский, а она словно видела, как он мечется по кабинету, не находя себе места, вылетает в коридор, наткнувшись на Лену Михалну, о чем-то жестикулирует ей, а та понимает его без слов, потому что ее лицо тоже вспыхивает радостью.

— Ну поздравляю, — рассмеялась в ответ Женя. — Как Таня?

— Говорит, хорошо, нормально, за пару часов родила. Редька с ней в клинике, а эфенди уже едет. Где Богдан? Дозвониться не могу, мне срочно самолет нужен, пусть всех, кого надо, на уши поднимает. Найди Юльку.

— Придется потерпеть, — заявила Жека. — Сейчас им не до нас.

— Что значит, не до нас?! — замер Роман Романович, и Женя представила себе, как он остановился посреди прихожей и растерянно лупает глазами — седой, взъерошенный и смешной. — Вообще-то у Боди племянник родился, у меня внук. Аяз там, Наталья там, одни мы как не пойми кто. Танюха ж не сирота!

— Рома, — терпеливо проговорила Женя. — Они на УЗИ. Вам с Никитичем еще по осени цыплят считать. Поэтому выпей чаю и успокойся. А мы сейчас приедем.

— Сегодня? Плановое? — тут же озаботился Моджеевский. — Из Богдана слова не вытащишь, а Юлька, вроде, бледненькая такая, а?

— Кровь с молоком — это точно не про нее, — хохотнула Женька. Одновременно с тем она принялась собирать детвору. Те, словно почувствовав всю ответственность момента, суетливо складывали игрушки, натыкались друг на друга и озабоченно рассуждали о дальнейшей судьбе замка. Впрочем, замку что? За ночь его раскидают птицы, раздует ветер, размоет море. Все как в жизни. Что-то заканчивается, но обязательно начинается что-то другое.

— Ладно, ладно, не лезу, — тяжело вздохнул Рома, словно бы делал им всем огромное одолжение. — Тогда я скажу Лене, чтобы накрывала, да? И собираю наши чемоданы? Ты же со мной?

— Конечно! — в небе задорно крикнула чайка, и Женя подняла голову. Птица бесстрашно парила в бескрайней синеве. Скоро и они на несколько часов станут птицами (спасибо Богдану, теперь у корпорации был свой самолет). Она глянула на детей, уже вполне собранных и с интересом прислушивающихся к разговору. Лизка так и вовсе грела уши у матери под боком. — И отчего-то мне кажется, что с тобой буду не только я.

Собственно, так оно по всему и выходило.

У Романа — не только Женя. И у Жени — не только Рома. У них было много всего на двоих. И в целом мире вокруг у них было еще очень много такого, что оберегало их от невзгод, как стены замка, за которые не пускают чужих. Ведь мечты — это не только замки на песке или воздушные.