Толян и его команда (СИ)

Усатый, кстати, одет с претензией на стильность: джинсы, строгий пиджак, на ногах кроссовки, очевидно, импортные. Редкая безвкусица!

— Толя, Бейбут, вы чего тут делаете? — спрашивает тренер, завидев нас в открытую дверь.

Одновременно он стряхивает руку усача со своей рубахи и делает шаг в угол, подальше от приятелей усатого.

— Пацанва, сдрисни, — командует нам кто-то из них.

Разговаривать в таких случаях смысла нет, да и неохота, но бить пока тоже нет причины. Вот, был бы один я тут, ну, или с Бейбутом. А Игорь Леонидович потом моралью замучает.

— А то чё? — Бейбут находит правильные слова раньше, чем я. — Родителям моим пожалуешься?

— Стоп! Ребята, в номер к себе идите, я тут сам поговорю, — командует тренер.

Ещё надеется, как я вижу, решить вопрос мирно.

— Слышь, киргиз, тебя по жопе давно не били? — удивленно спрашивает парень из группы поддержки усача.

— Тормозим, — поднимаю руки я. — Что вам от нашего тренера надо?

Одновременно с этим моим вопросом усач рухнул на колени.

Ну да, не стал я ждать, пока он ещё раз схватит тренера за рубаху, короткий апперкот в печень и одним соперником меньше.

— Ты! — рванулся к нам говорливый и получил по корпусу уже от тренера.

Наш ловелас хоть и настроен решать дело миром, но позволить, чтобы его учеников обижали, не может. Потеряет лицо, как сказали бы… да, блин, почти все азиаты, кроме Бейбута, его философия — похуизм, и получение от жизни удовольствия. Правильно живет мой друг.

Третий, самый умный, видя, что ситуация идёт не по плану, попятился к выходу на улицу, но, открыв дверь, замялся. Нет у них никакой машины, а идти на мороз, в тундру, парню неохота. Будем ли мы его бить — ещё вопрос, а вот на улице он замерзнет в своём спортивном костюме за полминуты.

— Ребята, я сказал вам идти в номер, сам разберусь, — поворачивается к нам Игорь Леонидович.

— Документы предъявим, — в прохладное помещение вваливается, маша корочкой, наш тяжеловесный козырь Саня.

— Ты кто такой? — встаёт с колен усатый.

Уже отдышался лосяра. Второй, отоваренный тренером, молчит болезный, может даже и симулирует.

— Старший сержант Дусь, ваши документы! — встаёт напротив здорового дяди такой же здоровяк, но с ксивой.

— Нэт документов, Гуцаев моя фамилия, — в голосе усатого появился акцент.

— Что он от вас хотел, гражданин? — спрашивает нейтральным тоном у Игоря Леонидовича мент.

— Он к моей женщине приставал! — признался, отряхивая свои джинсы, уже не такой стильный дядя.

Пол мокрый и сейчас у него на джинсах грязные разводы.

— Я с директором гостиницы общался, — пояснил Игорь Леонидович, не зная, что мы их уже спалили в ресторане. — Разговор был деловой, и она не замужем.

— Твоя? Ты что, купил её? Рабовладелец? — спросил Саня.