Царь горы

На другой — взбалмошная девчонка, которая не понимает, когда следует вести себя тихо. — Джакомо взмахнул кулаком. — На мой взгляд, ответ очевиден.

Бросить сестру в беде.

— Клаудия — Глаза Спящего, — подал голос Руссо. — Потеряв ее, клан ослабеет.

— Клаудия — наша сестра! — заметил Адриано. — И твои слова удивляют меня, Джакомо. Я думал, тебя первого придется отговаривать от штурма поместья Луминар.

— Ты собрался воевать?

— Объединение семьи — великая цель. Но мне не нравится, что мы заплатим за победу кровью сестры. Тем более — за тактическую победу. Устранение Густава лишь один из эпизодов, впереди еще много работы, и великая прорицательница нам не помешает. — Старший помолчал и повторил: — К тому же, она наша сестра.

— Ты собрался воевать?

— Я думаю, честь семьи того стоит. Если мы сможем вызволить Клаудию, род Бруджа приобретет еще больший вес и авторитет в глазах охотников. Я прав?

Александр кивнул. Нехотя, но кивнул.

— Я не хочу платить за победу еще и вашими жизнями. В чем-то Джакомо прав: Клаудия обязана была думать, к чему приведет ее поведение. — Но в голосе барона, в шелестящих сухих листьях, не чувствовалось привычной уверенности.

Джакомо же, поразмыслив еще чуть-чуть, понял, что хитроумный братец вновь обыграл его, выставив перед отцом жестокосердным чудовищем. «Отец слишком привязан к маленькой твари, всю жизнь прощал ей шалости и капризы, конечно, ему трудно пожертвовать Клаудией. А Адриано дал ему надежду, показал, что готов рискнуть ради сестры. Это и есть подвиг…»

— Сомневаюсь, что Густав держит Клаудию в поместье, — хрипло произнес младший. — Скорее всего он спрятал ее в укромном месте, под охраной наиболее доверенных масанов, из числа тех, что убьют сестру, даже узнав о смерти Луминара.

— Думаешь, такие есть? — улыбнулся Адриано.

И опять попал в точку. Лишившись истинного кардинала, масаны должны будут искать покровительства победителя, и самым логичным для охранников поступком станет передача барону дочери в целости и сохранности, чтобы доказать тем самым свою преданность. С другой стороны, вдруг Густав найдет по-настоящему верных?

— Луминар может оставить Клаудию рядом с боевым артефактом, который включится, если он умрет.

Братья хмуро покосились на Руссо: надо же, кто проснулся. И не просто проснулся, а высказал вполне здравую идею.

— Не слишком ли хитро? — буркнул Джакомо.

— Густав умен и никому не доверяет.

— Захватим поместье!

— Я ошибаюсь, или ты говоришь о крепости истинного кардинала?

— Его не будет на месте.

— Там будут все Луминары.

— Пойдут все Бруджа!

— А кто прикроет отца?

— Вот ведь задачка, клянусь пищей Спящего! — Адриано топнул ногой. — Что же делать?

Барон молчал, казалось, им овладела апатия.