У Великой реки. Битва

Пока мы в убежище, взять нас сложновато. Крепкое строение, чтобы развалить – серьезная артиллерия нужна, хорошего калибра, или куча взрывчатки. А ее под стены затащить надо еще суметь.

Так, на самой верхотуре сидеть больше не следует. Тут мы как куры на насесте: любой стрелок противника именно сюда и целится. Вниз, вниз. Мы спустились по лестнице на верхний уровень башни, где Маша и осталась. Ей с ее заклятиями лучше повыше сидеть. Орри и Лари пристроились у бойниц, время от времени выглядывая в них, но я послал гнома на нижний этаж. Здесь достаточно было колдуньи и Лари с карабином. Он, не возражая, спустился ниже, топая коваными ботинками по деревянным ступеням, а я вытянул лестницу из люка и спустился по ней в конюшню.

Лошади пока стояли спокойно. Их явно ко всему приучали, выращивая, так что стрельба не пугала. Я подбежал к стене, заскочил на каменный приступочек, выглянул в крошечное окошко, приставив к глазам бинокль.

Прибор рывком придвинул к моим глазам лес на склоне, и я сразу заметил перебежки за деревьями. Дружинники. Чьи-то дружинники, причем кого-то продвинутого. У всех одежда цветов вполне «пришлого» камуфляжа, шлемы чехлами обтянуты. На боку низко подвешенные сабли, высокие кавалерийские сапоги, в которые заправлены свободные серые штаны. Вид чуток дурацкий, но дела это не меняет. Двигались дружинники толково. Я сунул винтовку в бойницу – ох, не для ружейного огня они проделывались… Поймал в перекрестие одного противника, пристроившегося на колено и частично скрытого стволом дерева. Затаил дыхание, потянул спуск. Треск, толчок приклада в плечо, противник завалился на бок, а я сразу же убрался от бойницы, рывком выдернув винтовку. И вовремя – через пару секунд прямо в нее влетели две пули, а третья щелкнула о самый край.

Вот так… И пусть меня назовут паникером, но это снайперы. И скорее всего, эльфы. Одна радость – солнце у нас пока за спиной, бойницы они видят черными пятнышками, да и в глаза светит. Когда солнце переберется на другую сторону, нам резко станет хуже. Мне еще с биноклем повезло, что не словил пулю из трехлинейки промеж окуляров сразу же, как высунулся.

Я со всех ног бросился к лестнице, крикнул наверх: «Никому не высовываться! Там снайперы!» Затем вскарабкался до половины, зачерпнул всей ладонью свежей и еще теплой золы из очага, размазал по лицу тщательно.

– Это ты зачем? – спросил Балин, с недоумением глядя на меня.

– Также сделайте, – ответил я. – Тогда ваши морды в темной бойнице светиться не будут, если выглядывать придется.

Скатился вниз, но меня сверху окликнула Маша:

– Стой! Куда полез? Замри!

Замри так замри, в чем вопрос… Только зачем? Впрочем, ответ вырисовался сразу – на меня облачком опустилось заклятие, сброшенное небрежным движением рук.