У Великой реки. Битва

И услышал меня кто-то еще. Потому что до этого момента медленный строй големов, пытавшийся давить своей неуязвимостью, резко, явно по команде, сменил тактику, бросившись вперед и на ходу поднимая топоры. Встретила их Маша, «толчком» – тем самым, из-за которого в свое время нарвалась на неприятности, только куда сильнее на этот раз. Волна Силы отшвырнула бывших вампиров на несколько шагов, побросав их друг на друга, кучей. Я едва успел, увидев такую возможность, крикнуть:

Тут же бухнул «фауст», и новая граната рванула прямо в середине куча-малы. Вновь в воздух полетели куски тел, зарикошетили в тесноте арочного прохода осколки, а я уже выглянул из укрытия и метал туда очередную гранату. И то же самое делала Лари. Тяжко грохнуло, выбив окончательно из мучительно болящих ушей остатки слуха, но когда я выглянул опять, то увидел всего двоих, крепко изорванных големов, поднимавшихся на ноги, и еще одного – того, которому в самом начале оторвало руку с оружием, колотящего кулаком левой руки по каменной стене. Зачем? Откуда я знаю. Взрывами мозги перевернуло, наверное.

Я успел перезарядить «вампирку», снова зажег погасший было фонарь – волной Силы его накрыло – и теперь целился, прижав стволы к шершавым камням колонны. Загрохотал «дегтярь», очередь хлестнула по головам големов, сбив одного из них с ног. Зато второй успел, я даже не понял как, метнуть сразу два топорика. Один выбил искры из камня возле Лари, а второй скользнул у меня под рукой, разрезав кожу рукава куртки. Ничего себе!

С перепугу я укрылся, а Лари пальнула с двух стволов. Результат мне не был виден, но, судя по удовлетворенному выражению ее лица, стрельба даром не прошла. Кому-то досталось.

Тут я мысленно коротко, ни очень горячо похвалил себя самого. Была ведь у меня мысль идти дальше налегке, без двустволок, рассчитывая на карабины. И где бы мы теперь были? Нет, лишнего оружия не бывает в принципе, пусть и тащить тяжело.

Опять выглянул из-за колонны. Не могут же у них топорики быть бесконечными? Увидел одного из големов всего шагах в пяти, уже с занесенным топором и направлявшегося прямо ко мне. Лари смотрела на него, но как раз перезаряжала двустволку.

Загрохотал «дегтярь», пули рванули остатки и без того растерзанной осколками и даже местами тлеющей хламиды на груди нежити, заставив покачнуться. Это его чуть-чуть задержало, и мне хватило времени прицелиться прямо в оскаленные зубы. Приклад ударил меня в плечо, сноп огня осветил колонны, картечь почти начисто снесла верх головы. Но он все же не упал, как-то неуверенно шагнул вперед, и я выстрелил снова, сразу переломив стволы и заталкивая в патронники два увесистых цилиндрика. А голем просто рухнул навзничь, даже не пошевелившись, как статуя.