Ультиматум крупного калибра

 – А еще – великий гуманист! Знаете что? Убирайтесь-ка с моих глаз! Вместе со всей вашей философией, альтруизмом и вашими бестолковыми подчиненными! И – готовьтесь получать заслуженную награду!

Застегнутый джентльмен тускло сверкнул очками, молча поднялся и вышел.

– А давай-ка сюда кого-нибудь из этих молодцов! – махнул рукой Терко. – Побеседуем с ним по душам. А будет упрямиться один, побеседуем с другим. Моника, а вы будете переводить.

Молчаливые парни без перевода поняли просьбу Терко и вскоре вывели из помещения одного из пленных. Он был высок и мускулист, у него были рыжие волосы и зеленые злые глаза.

– Хорош! – одобрительно и вместе с тем насмешливо произнес Терко. – Красавец! А ведь все равно наша взяла! Моника, переведите ему.

Моника перевела, пленный ничего не сказал, лишь еще злее сверкнул глазами.

– Между прочим, напрасно ты на меня зыркаешь, – сказал Терко. – Тебе на меня не зыркать надо, а честно и подробно отвечать на мои вопросы. Потому что ты не в той ситуации, чтобы на меня зыркать. Хреновая у тебя ситуация, вот что я тебе скажу! Моника, переведите.

– Не могу подобрать английский аналог к слову «хреновая», – улыбнулась Моника. – Получается или бессмыслица, или нечто совсем нецензурное.

– Ну, шпарьте по-нецензурному! – улыбнулся Терко. – Оно еще и лучше. Может, быстрее дойдет.

Моника покачала головой и заговорила по-английски. В ответ американец лишь презрительно усмехнулся.

– Кажется, сэр не понимает, – огорченно вздохнул Терко. – Или пытается изображать из себя героя. Ну, так вот что ему скажите. Не хочет говорить – не надо. Скажут другие. А его я сейчас пристрелю. Как преступника, который совершил тяжкое государственное преступление. Попытка похищения первого лица государства – это тебе не кража яблок в соседском саду. За это убивают. Тем более что взят он в самый момент совершения преступления, практически за руку. С оружием. Вот так и скажите этому ковбою.

Моника добросовестно перевела. На этот раз пленный сквозь зубы произнес несколько слов.

– Что он сказал? – прищурился Терко.

– Он говорит, что все это надо еще доказать, – ответила Моника.

– А зачем мне доказывать? – пожал плечами Терко. – Доказывают следователи. Ну, так до следователей еще надо дожить. А наше дело простое. У нас другие методы. Уж он-то, как спецназовец, должен это знать.

– Он сказал, что вы не посмеете, – перевела слова рыжего Моника.

– Еще как посмею! – возразил Терко. – Пиф-паф – и все! Как опасного вооруженного преступника, который, по сути, есть бандит. Какие тут церемонии? Что он говорит?

– Он говорит, что он – гражданин Соединенных Штатов Америки, – перевела Моника. – Его страна защищает своих граждан, где бы они ни находились.

– А вы ему скажите так, – поразмыслил Терко.