Упс... Ошибочка вышла

Готовка, которую Дэрек называл алхимией на кухне, в тот день занимала его мало. Он слушал голос Веры, пытался запомнить как можно больше присущих ей особенностей, будь то поворот головы, быстрое движение, которым девушка заправляла прядь за ухо, или улыбка, таящаяся в уголках рта. Дэрек знал, что улыбка ждет там подходящего момента, как и наметившиеся морщинки у глаз. Он любовался Верой и обрадовался, когда она ненадолго взяла его за руку. Несколько минут, за которые сердце будто обволокло сияющим лаской коконом. Несколько прекрасных минут, которыми можно дорожить всю жизнь.

По моему впечатлению, Дэрек не понимал, что происходит между нами, что происходит со мной. Даже несмотря на то, что ощущал мои эмоции! Неудивительно в условиях общества, предпочитающего математически выверенное размножение. Говорить о чувствах, учитывая эти устои и мой скорый отъезд, я считала даже жестоким, не только не целесообразным. Зачем трепать нервы и себе, и ему, если мы вряд ли увидимся еще?

Мысли о скором расставании причиняли боль, и я заглушала ее работой на кухне. Расстегаи с мясом и творожной начинкой не так-то просто делать, если приходится использовать незнакомые продукты, а под руками ещё и нет любимого кухонного комбайна.

Необычно молчаливый Дэрек мне помогал только на уровне поваренка. Почистить и нарезать лук, обжарить его на сливочном масле, потому что подсолнечное тут ещё не изобрели, помочь перекрутить вареное мясо на ручной мясорубке. В движениях сквозила привычка к таким делам, но ещё ощущалось, что Дэреку нравится готовить, как и мне. Я усмехнулась, назвав себя невестой с задатками алхимика, и постаралась не думать о втором туре отбора.

Завтрашнее свидание с женихами, которые будут наблюдать за тем, как невесты готовят, шьют или занимаются другим рукоделием, никакого энтузиазма у меня не вызывало. Я, правда, старательно изображала если не воодушевление, то хоть полную боевую готовность. Дэрек, по всей видимости, был на такой подвиг не способен. Он очень сильно переживал, и вымученные улыбки это не скрывали. Прислушиваться к его эмоциям я не хотела. Надеясь, что моя влюбленность взаимна, боялась, что мысли о скором расставании отравят горечью это чудо.

Расстегаи, как и овощной суп с тефтельками, удались прекрасно.

Отец Дэрека, увидев незнакомые блюда, отказался есть. Потребовал хлеб и, судя по тому, каким ощущался Дэрек, вел себя, как заправская истеричка.

— Ну и хорошо, — хмыкнула я, когда Дэрек начал извиняться за поведение отца. — Нам больше достанется. И знаешь, я поняла, что не хочу завтра готовить.

— Почему? У тебя отлично получается, — недоуменно нахмурился Дэрек.

— Именно поэтому. Я далеко не для каждого хочу готовить, и женихи точно не заслужили такую честь.