Упс... Ошибочка вышла
Его слов я почти не слышала, но эмоциональный отклик был очень светлым и теплым, хоть и ощущался значительно слабей, чем я привыкла. Дэреку нравилось общаться с девочкой, а я радовалась, что они нашли общий язык. Только через долгое время я сообразила, что общение с Дьелен лекарь, по всей видимости, не считал вредным для раненого. Какая любопытная избирательность!
В сложившихся обстоятельствах я особенно остро ощущала перемену тона не только госпожи Айет, но и ее мужа, когда они говорили с Дэреком и со мной. Родственное тепло, адресованное ему, сменялось вежливостью и отстраненностью, стоило хозяевам зайти ко мне.
Эта чешуйчатая зараза объяснила маме и отчиму Дэрека, что я заметно привязалась к своему ловцу-спасителю. Наши дружеские отношения не слишком нравились лорду Оттосу и беспокоили госпожу Цельессу. По словам леди Айлы, жених мог приревновать и вызвать Дэрека на дуэль.
Эти осторожные объяснения я еле-еле вытащила из господина Айета. Отчим Дэрека не решился бы говорить со мной на такую щекотливую тему сам, пришлось воздействовать на него так же, как на Тессу. Но опыта у меня не хватало, сил тоже, и резерв я наверняка опять расплескала зря.
За утренним обязательным визитом врача последовал короткий разговор с господином Айетом. Он рассказал об артефактах, которые могли помочь проанализировать дар дракона, скрывшегося иллюзией, и подчеркнул, что это экспериментальная магия, а потому требуется мое письменное согласие. В тот момент я сообразила, что, по мнению окружающих, не могла прочесть письмо лорда Оттоса и предложенный мне договор.
— Мне нужно обсудить контракт с Дэреком, — твердо заявила я.
Господин Айет недоуменно вскинул бровь.
— Я пока не могу читать, — не дожидаясь уточнений, пояснила я. — Конечно, вы могли бы прочесть мне вслух, но с Дэреком мы все ещё связаны поводком. Дэрек за меня отвечает.
— Поводок разорван, госпожа Вероника, — спокойный голос мужчины откликнулся во мне протестом, но о том, что по-прежнему чувствую эмоции и состояние Дэрека, говорить не стала. — Прошу прощения, я не подумал о письменности. Вы первая иномирянка, с которой я общаюсь так близко.

















