Упс... Ошибочка вышла

В пространном монологе довольного собой Сатти вновь прозвучало имя бывшего работодателя отца. Лорд-экспериментатор хорошо платил своим подчиненным за возможность опробовать на них какое-нибудь новое мудреное заклинание. Одним из изобретений были особые татуировки, которые наносились на чешую. Благодаря такой магической картинке Сатти и очень многие из оставшихся в живых дракониды приобрели устойчивость к ментальным воздействиям. А эмоции отца были именно бесконтрольными ментальными атаками. Неудивительно, что Сатти и заглядывающие к отцу сослуживцы не ощущали ни боли, ни неудобств.

Дед все болтал, а Дэрек пытался придумать, как оградить Веру от отца. Не только маги, но и обычные люди чувствовали разряды эмоций, а подставлять девушку под такие же пытки, которые приходилось терпеть самому, Дэрек хотел меньше всего. За многие годы он нашел только один способ защититься — зелье. Артефактором он был слабым, его знаний и умений не хватало, а разработка и изготовление индивидуального амулета стоила столько, что нужно было продать трех невест-землянок, чтобы хоть предметно думать о возможности нанять частного артефактора.

Дэрек невесело усмехнулся собственным мыслям. «Продать невест-землянок»… Вера, припечатавшая определением, подобрала максимально подходящее слово. Работорговля. Неправильное в контексте отбора, но прилипчивое.

Прощупывающее заклинание показало, что Вера спит, а отец ждет на кухне. Дэрек приготовился к удару недовольства из-за того, что не позаботился об отце и не приготовил ему чай. Плеть раздражения хлестнула так сильно, что вышибла слезу. Радость отца от встречи с дедом была столь же болезненной, и Дэрек вцепился в косяк, пережидая черноту перед глазами и мерзкую дрожь в коленях.

Кофе, купленный на радостях, приготовился быстро и превратил острую злость отца в привычную глухую, сейчас чуть сдобренную предвкушением. Жизнерадостный дед увез зятя обратно в его комнаты, где можно было вдосталь обсуждать Дэрека, его промах, глупый план и необъяснимые надежды. Молодой маг прислушивался к эмоциям отца и готовил оладьи на завтрак. Пусть не вафли, но приблизительно похоже, особенно с вареньем.

Тесто постепенно расходовалось, на тарелке росла горка оладушек. Умостив на подносе ещё и пиалы с вареньями и сметаной, Дэрек отнес в отцовскую комнату оладьи и добавку кофе. Старшее поколение вовсю обсуждало магическую безграмотность и несостоятельность одного великовозрастного придурка, и Дэрек сбежал обратно на кухню.

Там его ждал сюрприз. Вера деловито накладывала на сковородку свежую порцию теста. Девушка коротко обернулась, услышав шаги, весело пожелала доброго утра.