Моя. Я так решил
— Уходи. Я разберусь без тебя, — Эвита смотрит своими чистыми, ангельскими глазами, и никогда не скажешь, какой дьяволенок скрывается за этими нежными озерами. Упертый дьяволенок. — И с этим? — киваю на плоский живот, и Эва машинально прижимает руку к нему. А я сжимаю зубы, вспоминая точно такой же жест… Другой женщины.— И с этим. Упрямая зараза. — Нет. — Стараюсь говорить ровно, размеренно, так, чтоб сразу дошло. — Ты — моя. Он, — киваю на живот, — мой. Решать буду я. — Да с чего ты взял, что я — твоя? — шипит она, показывая свою истинную натуру. И это мне нравится больше невинной ангельской внешности. Торкает сильнее. Потому и отвечаю коротко:— Моя. Я так решил. БУДЕТ ОГНИЩЕ!БУДЕТ ХЭ!СЕКС, МАТ, ВЕСЕЛЬЕ — ОБЯЗАТЕЛЬНО!
Надо же… Я вчера, получается, нажрался все же так, что припер в номер бабу… Надо ее выпроводить. А потом уже с белым другом всласть пообниматься. Это как-то лучше без посторонних делается. Душевнее выходит.
Слепо отмахиваюсь от назойливой руки, а уже понятно, что баба меня гладит по лицу. За каким-то хером. Может, на продолжение ночи надеется? Если да, то я вообще красавчик. Явно что-то смог, несмотря на конскую дозу спиртного…
Переваливаюсь набок, так и не раскрывая глаз. Хриплю:
— Воды дай…
Мне тут же суют под нос стакан. Почему-то железный… Странно, но плевать.
Жадно пью теплую, мерзкую на вкус воду, от которой поднимается муть в животе и глазах.
Нихера себе, я нажрался…
Надеюсь, никого не убил…
Все остальное можно пережить…
Разлепляю чуть ли не пальцами веки, с удивлением смотрю на забранное решеткой окно. Так. Походу, мои выводы неверные в корне.
Я кого-то вчера убил. Иначе, с какого хера в тюряге?
— Эй… — голос раздается сбоку неожиданно. Я как-то позабыл, что тут еще и баба… Откуда, бляха? Разворачиваюсь со скрипом, всем телом, не рискуя вертеть головой, чтоб не вырубиться опять, и замираю, глупо тараща воспаленные глаза.
Похоже, выводы про тюрьму тоже в корне неверные.
Потому что откуда в тюрьме взяться ангелу?
Глава 2
— Ты как?"
"Ангел, вполне нормально, без акцента, говорящий на русском… Достали меня, значит, ножом вчера все-таки…
Разговаривать бесполезно, да и опасно, если честно. Рот открывать страшно. Чего-то ощущение, что вода, которую только что выпил, там не приживается…
Потому сжимаю губы и киваю. Норм, то есть.
— Ну хорошо… — ангел садится ближе, несмело трогает за лицо, озабоченно хмурит четко очерченные брови, поджимает губы. Тоже красивые. Вообще, ничего такой ангел… Залипательный… Интересно, а они бесполые? Ангелы эти? Ну, в религии вроде так… Если правда, то жаль… Потеря потерь…
И о чем я сейчас думаю, интересно?
Поспешно сворачиваю мысли с ненужного совершенно направления на нужное.
Ангел касается тонкими пальцами лица, и от этого кайфово. Ловлю себя на желании подставиться, словно кот, под ласку.
Нехило шандарахнули меня, похоже…
— Ты, вроде, в порядке… Ничего не сломано… — а осмотр-то очень даже профессиональный…
— Я в больнице?
Ох, бля! Это мой голос, что ли?
Ангел отшатывается и бледнеет еще больше. Оно и неудивительно, таким утробным рыком запоздалых путников на кладбище пугать… Или зомбаков в «Ходячих» озвучивать…
Затыкаюсь, кашляю натужно, пью еще отвратной воды из железной кружки.
Ну давай, Коняшка ты гребанный, приходи в себя уже! Ежу понятно, что не в раю ты! Хоть и с ангелом, которого еще требуется разъяснить, кстати…
Между тем, получаю ответ на свой вопрос:
— Нет.
Информативно.
Ладно, сделаем усилие.
— А где?
— Не знаю.
Очень информативно.
Похожие книги
Мысленным взором
Аквариум. (Новое издание, исправленное и переработанное)
Я просто играю... (СИ)
Секретарша генерального (СИ)
Платье цвета полуночи
