Ведьмина доля

Наверняка сорвалась с поводка, решив использовать знания по назначению. И получить Пламя. И новую жизнь. И… еще что-нибудь, если, конечно, в тюрьме есть ценности, раз она тут вертится. Не верится, что Гоша копает столько лет неофициально. Влияние мыслеформы, конечно, существенно, но его можно перебороть. Нет, наверняка ищет ведьму, чтобы… вернуть на родину. И узнать, кто прикрывал столько лет.

— Мне все это не нравится, — отозвалась рефлекторно.

Надо с Жориком посовещаться… Он любит подумать, порассуждать и понастроить гипотез. На свои мозги не жалуюсь, но сейчас… я пас. Нужен свежий взгляд со стороны.

— Что тебе вообще в этой жизни нравится?

— Сама жизнь. Остальное индифферентно.

Он посмотрел с иронией, но мне на его мнение было наплевать. Пусть думает, что хочет. Его право. Не мое дело. Мое дело… хуфия. И, кстати…

— Что ты говорил про эксперименты? Для чего в архивах создавали хуфию?

Гоша достал из заднего кармана джинсов телефон и сунул мне в руки.

— Открывай папку с фотографиями и листай назад.

Снимки — очень качественные для неважного освещения. Льдистые знаки на стенах. Семисоставная нежить с кровавой улыбкой. Моя взъерошенная персона с разводами пыли на напряженной физиономии. Двусоставная хуфия, спускающаяся по ступеньками. Горящие факелы.

Я перелистывала фото за фото, с содроганием вспоминая архив. Кирпичные стены и кровь… знаками. Там, где встречались первые хуфии, стены пестрили кровавыми символами, один в один с льдистыми — ветвями морозных узоров. То, на что я не обратила внимания, рассмотрел глазастый наблюдатель. И — далее. Мумия на скамейке. Алла, царствие ей небесное… Трещины на асфальте. Стоп. Трещины на асфальте… Я моргнула, присматриваясь. На мгновение почудилось, что картинка поплыла, но… Подучилось. От усталости, не иначе. И…

Я быстро пролистала фотки вперед и всмотрелась в льдистые знаки.

— Да, — подтвердил мой собеседник. — Похоже, она создает хуфию.

Я сглотнула. Этого еще не хватало… Семисоставная оскалилась на меня с темной фотографии, в серебристых глазах снежными искрами застыл голод. Я почувствовала себя ужасно уставшей. А пошел он к лешему со своими вопросами… Мой мозг не способен усвоить разом и то, что наблюдатель накопал за десять лет, и то, что ищет сейчас. А без возможности усвоения и понимания я отказываюсь участвовать в процессе.

— Почему архивные хуфии получились беззадачными, я не знаю, — Гоша заходил по кухне, сунув руки в карманы джинсов. — Может, ведьма не успела их доделать. Или силы не рассчитала. А заодно и следы заметала. И свою смерть инсценировала. Мне нужны последние данные, Уля. Когда все-таки произошло это… нападение на архивы, кто там погиб, кто из новичков появился в Кругу после. А кто — пропадал, чтобы появиться.