Ведьмина доля

Господи, совсем мальчишка… Едва-едва третья пара глаз на щеках проклевывается и тело недоформировано — кряжистый торс и длинные паучьи лапы. Наверняка даже человеком оборачиваться не может. А первый и второй — еще младше: на открытых участках кожи темный пушок, ростом — не выше Зойки…

Кстати, о птичках. Кажется, у меня дома завелась еще одна нечисть. Такая мелкая и безвредная, что пробралась сквозь защиту. И слушала, и сливала информацию. Значит, «Сбегу, как только ночь…»? Значит, звонок, чтобы отвлечь.

— Я же тебе говорил, идиот, звони и тяни время! — заорал третий на второго, подтверждая мою догадку.

— А давайте вы расскажете, в чем дело, и я вас отпущу, — внесла конструктивное предложение. — Зачем вам девочка и кто вас нанял?

Третий злобно сверкнул красными глазами и поднял голову. Я резко вскинула руку, и воздух над нашими головами сгустился и заледенел, захлопывая крышку холодной «банки». А в мой мозг настойчиво-ласково запросился тихий, убаюкивающий голосок бедного сиротинушки — отпусти, дескать, мы тут мимо проходили и вообще не при делах.

— А шиш, — я встала и отряхнула джинсы. Черт, сумку посеяла… — Ладно, не хотите по-хорошему…

Плохого они дожидаться не стали. Я едва успела выставить воздушный щит, в который врезался темный клубок паутины. Врезался, прилипнув, расползся черной кляксой, закрывая видимость и кислотно шипя. Я выругалась и выставила изнутри второй щит. И третий — сверху, сооружая «гамбургер». И быстро стряхнула его на землю. Быстро, чтобы увидеть. Но медленно — чтобы опоздать. «Пауки», припертые к стенке, всегда убивают друг друга или кончают с собой, но не выдают чужих тайн.

Сердце кольнуло тупой болью. Три дымящиеся кислотные лужи — три личности, еще жить да жить… Знаток нечисти, мать твою… Я осторожно обошла периметр и убрала морозные стены. Потерла замерзшие и дрожащие руки и мрачно констатировала собственный провал. Ничего не узнала, пацанов не спасала и… И, ко всему прочему, застряла за городом. Без летных прав, сумки, денег и сотового. На небольшой полянке посреди шуршащего осеннего леса, на холодном ветру и в ста пятидесяти километрах от города как минимум.

На всякий случай я обшарила поляну, но ничего интересного не обнаружила. Где третий машину-то оставил? Правда, толку мне от нее, если прав нет и водить не умею… Кислотные лужицы уже не дымили, и ветер заносил уродливые земляные впадины сухой листвой. Приходилось ли мне убивать?.. Похоже, в нашем отечестве завелся еще один… пророк.

Я вздохнула, застегнула куртку и потопала через лес к шоссе. Пять километров — и попутка. Если повезет, то сразу. А дуракам, как гласит народная мудрость, везет.

Лифт, на его и жильцов счастье, пришел быстро. Входная дверь открылась сразу, но сказать никто ничего не успел.