Ведьмина доля

Неужели из-за этой… кляксы дефективной…

— Из-за этого… всё и началось?

— Нет, Уля, всё началось из-за совести, — он глянул на меня весело и многозначительно. — Даже из-за Совести, как ты ее называешь. Которая проснулась в главе наблюдателей после исчезновения Верховных. А еще из-за страха — обычного человеческого страха перед нечистью. Тюрьма работала как пылесос, затягивая всех, кто просачивался на наш мир, но была настроена на крупную и среднюю нечисть. А вот мелкая — ускользала, обживалась и множилась.

— А незаметная серая мышка… может легко завалить слона… если знает, куда лезть, — я хмыкнула и потерла ноющее горло. — И стая мелкой… нечисти порой опаснее… одного беса.

— А Пламени нет, и ведьмы — в изначальном меньшинстве, — подхватил Гоша. — И оригинальное порождение совести и страха ты видела — это бесов алтарь. Тогда еще не знали, что Пламя можно вытянуть из тюрьмы, и пытались его возродить — вернуть ведьмам. Пока — совершенно случайно — летучий ведьмин «уголь» не угодил к одному из наблюдателей и не породил… дефект.

— И совесть… приказала долго жить? — я слушала с отстраненным интересом, уже догадываясь о продолжении.

— А страх сменила надежда, — он кивнул. — Темный «уголь» даже в таком странном виде — это защита от нечисти, это частичка темной силы. Это возможность… договориться. И так наш дефективный стал первым заклинателем. Ты не знала?

— Я с заклинателями… не очень, — отозвалась неохотно. — Они меня… пугают. Я уважаю их работу, и Динара… Сафиулловна здорово… помогла, но… — и сообразила: — Гош, ты что… теперь заклинатель?

— Пока недоученный, — мой собеседник посмотрел с иронией, — но можешь начинать бояться. Ты же иначе общаться не можешь. Наблюдателей — ненавидишь и боишься, заклинателей — просто боишься, ведьм — терпеть не можешь, людей — тоже. А с нечистью — работаешь. А друзья — только нестандартная нечисть вроде Тамары или привидения? И всё?

— Почему же, — я зажмурилась и выдохнула, унимая раздражение и обиду, — еще… ты, способный на глубокое погружение… в переживания объекта, — и села напротив на колени, глядя в упор: — Хочешь, покажу… кино? Как среди людей… росла девочка с судорогами и разноцветными… глазами. Когда заклинатели первые три года… после Ночи выбора… каждый день — и осмотры, и контроль… каждого шага, чтобы не сорвалась, ведь злости… некуда впитаться — темный «уголь»… спит. И чуть что — шоком по нечисти, а это… больно. Когда среди ведьм… недонечисть, живучее, сильнее да еще и… родственница Верховной к которой всем надо… с просьбами. Когда темный «уголь» связан со… светлым, и, убивая один… убиваешь второй, и кем остаешься? Ненормальная… со всех сторон, и ничем… не прикрыться, не замаскироваться. Не убежать.