Ведьмина доля

 — отец напрягся.

— Значит, она важная… и очень уязвимая. Такую защиту сейчас ставить не умеют — сил не хватит. Это прерогатива даже не Верховных — а целого круга Верховных. А их сейчас по всему миру едва ли человек десять, редкая птица. Изначальные почти не рождаются, а артефакт не каждую ведьму может сделать полноценной Верховной. Эту защиту ставили… стародавние, не иначе. Не понимаю, как такое может быть, но… Девушка очень древняя. И, вероятнее всего… мертвая. И… она мне не нравится. Как и этот шут-наблюдатель.

— Мне выше крыши хватает одного человека, которого я терплю, — себя.

— Придется, Ульяна. Потерпишь, — и посмотрел строго.

— Ладно, — буркнула я. Гордость попыталась вякнуть, но получила по шапке и забилась в угол. Послушаюсь ее — упущу самое интересное. — Но зачем, если он тут… неофициально? Эта та самая новость?

— Да, дружок. Ты попалась на нехорошей истории, — отец остановился. — На тебе — четверка мертвых «пауков». И кроличья нора.

— Нора не моя!.. — возмутилась, резко повернувшись. Если это не тетя Фиса доложила по правилам, то… Наблюдатели на то и наблюдатели, чтобы повсюду иметь глаза и всё про всех знать.

— Ты в ней выжила, — объяснил он. — А это… невозможно. И даже мой подарок тебя бы там не спас. Он впитывает силу убойных проклятий, но в кроличьей норе бессилен. Ты теперь… подозрительна.

— И в следующий раз, чтобы не навлекать подозрений, мне нужно сдохнуть? — фыркнула я и пнула кленовый лист. — Па, это же маразм!

— Это подозрительно, — повторил он с нажимом. — Лишь создатель норы может в ней выжить. А тебе не хватило бы ни сил, ни знаний, чтобы ее сотворить. Но ты… можешь быть в доле.

Отсюда — и сопротивляемость ее силе. Любую ведьму, даже Верховную, затянуло бы в водоворот иномирья. То есть…

— Что? — изумилась я. — Шутишь?..

— Отнюдь, — отец смотрел спокойно, но мои плечи сжимал крепко. — Конечно, мы допускаем и второй вариант — подставу. Зачем, Уля?

Мысли взвихрились, быстро выстраиваясь ответом. Затем, что наблюдатели давно хотят избавиться от тети Фисы, но она крепко держит Пламя и власть в округе. И если ее племянницу поймают на запрещенном… Авторитет Верховной пошатнется, и ее обвинят в некомпетентности.

И велят уйти. Сложить полномочия и слиться (в обмен на смягчающие для меня обстоятельства, например), отдав Пламя… кому? Уж не той ли… крыске-землеройке?

— Я тебя поняла, — посмотрела себе под ноги и плотнее закуталась в пиджак. Становилось зябко. То ли от ночного ветра, то ли от собственных мыслей.

Чертовы Круг и Совесть с Ответственностью, будь они трижды прокляты… Грелась бы сейчас на югах и хлопот не знала… А больше всего бесило то, что я совершенно ни в чем не виновата.