Брат жениха. Он хочет меня

Всё же вы взрослые, должны были сами разобраться между собой, а вы как дураки… Надо было сказать раньше… Прости меня. За бездействие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, ты как раз правильно молчала! Я не хочу вписывать его в свидетельство дочки. Не знаю, что теперь вообще делать… Вцепился как бульдог в ребёнка, не отступится ни за что. Знаю я эту супер-хватку Марата…

— Ну дай ты человеку шанс. Пусть удочерит Алису.

— Да много ты понимаешь! — Пробурчала я. Не знаю, почему до сих пор её слушаю… Такой чужой родной человек."

"— Мне ли не знать, как тебе тяжело её тащить практически одной, — продолжила Люба. — Столько мужиков по всему миру своих детей бросают и укрываются от алиментов, твой сам лезет, хочет дать денег и требует права, хочет общаться с дочерью, а ты его гонишь… Попробуйте. Марк вернётся ко мне, а ты — к Марату. Вам надо вместе быть…

— Люб, это не твоё дело, извини, — одёрнула я ее. — Мои отношения с Маратом тебя не касаются.

— Зря ты так, — ответила она. — Я как лучше хочу. Тебя так колбасило от него, я же помню. Глаза горели, ты влюблена так была… Что я, не видела, что ли?

— Что ты мне советуешь, Люб? Он женат, — горько усмехнулась я и осознала, как сильно царапает душу этот факт. Сильно царапает. До крови. — Поезд ""ту-ту"" и больше не вернётся.

— Ну и что, что женат… Он тебя любит. Я поняла это всего по одному разговору.

Зависла. Пальцы закололо вдруг, чуть телефон не выронила. Знала бы ты, Люба, какую острую спицу сейчас вогнала мне в самое сердце… Это он мне снился бесчисленное количество ночей… Ничего не могла с собой поделать. Сколько бессонных ночей и слёз в подушку. А он… радовался жизни, строил бизнес и женился. Да, сама не сказала о ребёнке. Но от этого сейчас не легче.

— Не придумывай, — только и смогла я выдавить из себя.

— Он так расспрашивал о тебе. И дочери, — не сжалилась надо мной бывшая подруга. — Ты бы видела, что с ним творилось, когда я с ним решила поговорить. Его глаза. В них было столько эмоций… Марат к тебе неравнодушен, Ангелин. До сих пор. Ну не гони ты мужика. Разберётся он со своей женой, дай пока что с дочкой общаться.

— Я обойдусь без твоих советов, ясно? — рыкнула я. — Если ты считаешь нормальным уводить мужчину из семьи, то для меня это неприемлемо.

Повесила трубку. Отложила телефон, словно он какая-то гадость и виноват во всех моих бедах. Подняла лицо вверх, чтобы предательские слёзы перестали бежать по щекам. Не хочу по тебе плакать, Марат. Не хочу… Но плачу.

Любит он… Как же, охотно верю. Столько времени уже прошло. Да он просто не умеет любить, у него кирпич в груди вместо сердца.