Брат жениха. Он хочет меня

— Да, — не стала скрывать я. — Как я буду с ними общаться? Они ведь знают, что я…

— Что?

— Ну, скажем так, бегала от брата к брату. Сказала бы грубее, но не при ребёнке.

— Ты не бегала. Ты любила. Меня любила. Правда же? Иначе ничего этого бы не случилось. Любимым не изменяют.

Столь неожиданный вопрос взволновал меня ещё больше. Ответила ему хмурым взглядом. Зачем он касается этих тем? Он не понимает, что мне больно, или вообще ничего святого в нём нет? И опять эта фраза, сказанная однажды мне Любой… А Марат? К нему это не относится, что ли? Он ведь женат, а касался, сжимал в своих руках, прижимая как можно плотнее к своему телу, и целовал меня! И хотел меня, судя по напрягу в брюках… Ему-то не стыдно от такой реакция собственного тела на постороннюю ему женщину?.. Или это он так тонко намекает на чувства ко мне? В любом случае пусть сначала разберётся с женой!

— Нет.

Да.

— Ложь, — хмыкнул он. — Я тебя достаточно уже знаю, чтобы понять, когда ты лукавишь.

Стало ещё более неуютно. Неужели так всем очевидно, какая я идиотка, и что я действительно полюбила того, кто обходился со мной не самым красивым образом? Жене своей, наверное, охапками цветы носил, предложение сделал по-человечески, а меня только и делал, что в постель тащил, хотел ещё и ещё, наградил меня ребёнком и уехал покорять другой континент.

— Марат, ты слишком много на себя берёшь — это раз, — собралась я с духом и ответила ему, голос звучал почти ровно. — Впрочем, как и всегда. Мне бы такое самомнение, как у тебя! Я бы с тобой тогда вообще не связалась, ясно тебе? И ни к чему эти разговоры — это два. Нас объединяет ребёнок и ничего более. А эти задушевные беседы о так называемой любви, в которую я лично не верю совершенно и уже давно, оставь для своей жены.

Мужчина несколько секунд раздумывал над сказанным мной, а потом взялся за ручку двери.

— Ладно, идёмте.

Он помог выйти из машины мне, потом взял на руки Алиску. Девочка привыкла к нему за несколько дней и на руки шла уже спокойно. Марат говорил ей, что он друг и мне, и ей, и наивный ребёнок ему верил. Впрочем, Марат не такой уж гнилой человек, по крайней мере с детьми. Ребёнка не обманешь.

Мы дошли до двери их большого дома, и Марат нажал на кнопку звонка. Я снова почувствовала, как меня просто колотит от нервов. Господи, не поход в гости, а самая настоящая и весьма изощрённая пытка.

— Не бойся, — сказал мне Марат. — Я никому не дам тебя в обиду.

— Вот уж спасибо, — буркнула я.

Защитник ещё… Если кто меня и захочет ""укусить"" из его семейства, то Марат этого точно не увидит. Дураков тут нет. Мне стоит опасаться разговоров наедине, а мне кажется, они точно будут. Особенно переживаю за его маму, мне она показалась довольно строгой, и бабушку — та вообще меня катком раскатает, если я не нравлюсь ей.