Брат жениха. Он хочет меня

А теперь посетители на выход, вас впустили только в порядке исключения, потому что ребёнок очень маленький. Все остальные посещения только с разрешения врача и в отведённые для этого часы. Режим учреждения найдёте в коридоре. Вход в платный блок с другой стороны.

— Я понял.

— Тогда до свидания. Вашим девочкам необходимо поспать.

— Хорошо, — кивнул Марат и обратился ко мне. — Лин, ты напиши мне в смс, что вам там завтра подвезти. Я приеду с утра, привезу всё. Питание какое-то нужно особенное?

— Нет, у девочки пока будет диета. Маме если только.

— Я понял. Буду ждать смс. Спите, мои хорошие."

"Марат еще раз оглядел меня и Алису. Не удержался. Подошёл, обнял, поцеловал обеих, прижался ко мне щетинистой щекой и только после этого ушёл

— Отдыхайте, — сказала доктор и погасила верхний свет, оставив тусклый ночник.

32.

Утром Марат привез вещи и сообщил, что ему необходимо возвращаться. Алиса спала после лекарств, пока мы говорили в коридоре больничной палаты.

— Ну, чего нос повесила? — старался он приободрить меня. — Есть дела, которые я не могу отложить.

— Не сможешь остаться даже в такой момент? — грустно спросила я.

Я понимала, что у него есть бизнес и идёт бракоразводный процесс, но сейчас мне особенно требовалась поддержка. Что ж, не стоит быть такой эгоисткой, в самом деле.

— Не смогу, — вздохнул Марат. Ему самому эта ситуация явно не по душе. — Там аврал и караул.

— Понимаю, — опустила я голову.

— Я буду звонить.

Его пальцы мягко подняли мой подбородок вверх, и я встретилась с внимательным серым взглядом.

— Надо потерпеть. Скоро мы всегда будем вместе. Навсегда.

— Я всё понимаю, Марат, — ответила я. — Просто я до сих пор переживаю из-за дочки, и вообще… И мне грустно. Ты опять улетишь… к ней.

— Не к ней, — покачал он головой и поправил меня. — К бизнесу и делам. Я даже не планирую жить в нашем доме. Я оставил его Лиле. Но я туда больше не вхож.

— Вы поссорились? Когда ты… сказал, что хочешь развестись? — Чувство вины очень сильно грызло меня за печальную судьбу незнакомой мне женщины. Преданной женщины. Но Марат мой, и я не отдам его никому, даже если сердце будет разрывать чувство вины.

— Да, — честно ответил он. — Но тебе не надо об этом думать. Я готов снести любые скандалы и оскорбления ради твоих глаз, Лина. И нашей дочки.

Порывисто обняла его за шею. Привстала на носочки и поцеловала его горячие губы.

— Господи, Марат, я не могу поверить, что ты всё это говоришь мне… — сказала я, когда мы лишь немного утолили жажду поцелуев. Ситуация не располагала к ним, и всё же мы на секунды отключились от проблем, растворившись друг в друге и в поцелуе.

— Я сам не верю в это, — сказал он, прижимая меня к себе и поглаживая по волосам. — И не верю, что сказал тебе — я люблю тебя, Ангел.