Морской волк
Александр Васильевич Чернобровкин
Он брал меня с собой, когда шел в так называемый буфет, который располагался на первом этаже двухэтажного здания. На втором был ресторан, где оттягивались шахтеры-эстеты. Менее заковыристые забойщики и проходчики так высоко подняться не рисковали, поэтому пили в буфете. Там продавали пиво, вино и водку на розлив и холодные закуски к ним, в том числе и конфеты «Мишка косолапый», самые дорогие и, по моему тогдашнему мнению, самые вкусные на свете. Стоя в очереди, дед держал меня на руках, и я мог сверху вниз смотреть на стеклянную вазу, наполненную с горкой конфетами, которая стояла за выгнутым стеклом витрины.
Тома поставил на стол между мной и гостем серебряные блюда с халвой и пахлавой, налил в два серебряных кубка красного вина.
— Ты знаешь, куда поплыл Жакотен Бурдишон? — задал я вопрос своему потомку.
— Может быть, — ответил он, медленно отпил вина, отведал пахлавы и только потом объяснил: — Всякая информация стоит денег, а ты, как понимаю, человек не бедный.
— Ты не ошибся, — подтвердил я, закусывая халвой. — А еще я могу быть щедрым. Если поможешь схватить Жакотена Бурдишона, его корабль станет твоим.
Фернан Кабрал посмотрел на меня, как на неопытного мошенника, после чего спросил иронично:
— И даже вместе с грузом?!
— Нет, груз пойдет на погашение его долга, — ответил я.
— Да какие в море гарантии?! — отмахнулся он. — Не захочешь платить — не заплатишь. Никакие клятвы не остановят.
— Не суди всех по себе, — теперь уже я иронично улыбнулся. — Мне нужен Жакотен Бурдишон. Желательно живой. Корабль он у меня не воровал, так что заберешь ты, а я — груз и получу выкуп за Жакотена.
— Да, дела у него идут неплохо! — подтвердил Фернан Кабрал. — В прошлый раз он повез в Бордо полный трюм сахара, тысячи на две экю, не меньше.
— Он пошел в Фунчал? — спросил я.
— Да, — подтвердил португальский капитан. Видимо, «да» — его любимое слово. — Взял здесь пассажиров-переселенцев. Самый выгодный груз в ту сторону."
"Когда-то я возил переселенцев сюда. Теперь начался исход.
— Можем и мы взять, — продолжил он.

















