Морской волк

Напротив входа стоял длинный стол, накрытый темно-красной скатертью, перед которым стояла длинная лавка, заяложенная задницами клиентов, и за которым сидели на стульях с низкими спинками два клерка, оба лет сорока, итальянцы, черноволосые и крючконосые. Гены германских предков вымыло окончательно, остались только римские. Справа на невысоком помосте стоял стол поменьше, за которым сидел мужчина лет тридцати с гладко выбритым лицом. Черные волосы до плеч, спереди выстрижены скобкой, открывая высокий лоб. Кожа смугловатая. Нос большой, с горбинкой. Сочные губы. Выпирающий подбородок. В жизни бы не подумал, что это один из моих потомков. Он просматривал какие-то бумаги, отпивая вино из серебряного кубка емкостью грамм двести. Перед его столом находился стул с кожаной подушкой. Видимо, для важных клиентов. К нему я и направился.

— Какие дела привели ко мне шевалье? — душевным, вкрадчивым голосом поинтересовался банкир, обменявшись со мной приветствиями. — Хотите получить кредит?

— Нет, — ответил я. — Хочу обменять арагонские биллоны на золотые экю.

— Мои помощники с удовольствием помогут вам, — попытался он отфутболить меня, решив, наверное, что передним ним в лучшем случае командир руты.

— Не уверен, что это в их компетенции, — сказал я и назвал сумму, которую надо будет обменять.

Мой потомок сразу преобразился, став слаще меда, и представился. Звали его Гвидо Градениго.

— Только придется подождать, когда наберем нужное количество экю, — предупредил он. — Но если возьмете венецианские цехины или флорентийские флорины, поменяем сразу.

- Мой дед имел дела в Ла-Рошели с банкиром Джакомо Градениго. Не ваш родственник? — поинтересовался я.

— Мой прадед! — горделиво ответил Гвидо Градениго. — Он основал наш банк. Теперь у нас офисы по всей Европе!

— А где еще? — спросил я.

— Кроме Ла-Рошели, где наше главное отделение, и Марселя, еще в Париже, Бордо, Руане, Лондоне, Брюгге, Гамбурге, Любеке, — перечислил он.

Видимо, охватили всех членов Ганзейского союза и ее основных партнеров. Оставалось только порадоваться за них.

— А в Новгороде есть? — перебил я.

Гвидо Градениго немного смутился, будто я обвинил его во лжи:

— Есть у нас планы открыть офис и в Новгороде, но пока не дошли руки.

— Жаль! — сокрушенно произнес я, словно офис в Новгороде и был тем делом, из-за которого пришел в банк.

— У нас там есть деловые партнеры, купцы из Любека, можем через них оказать любую посильную помощь, — предложил банкир.

— Я напрямую к ним обращусь. Давай поговорим о другом деле. Я готов положить эти деньги и еще кое-какие в ваш банк под проценты. Смогу потом получить их в любом из ваших офисов? — поинтересовался я.

— Конечно! — заверил он.

— Какой дадите процент? — спросил я.