Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Один из них присел с другой стороны скульптурной группы так, чтобы не попасть мне на глаза. Я хлопнул себя по лбу, как бы вспоминая что-то забытое, сорвался с места и сел рядом со «шпиком».

– Еще раз увижу тебя и друзей – зарэжу, – сказал я на кавказский манер. Поднялся, оставив сидящего в ступоре агента, и, не оглядываясь, ушел.

Зайдя домой, остановился и проговорил:

– О море мия. – В комнате на стуле скромно сидела тихоня Мия. Эта девушка еще ни разу не проявляла желания остаться у меня ночевать. – Ты чего тут делаешь? – удивился я.

– Я убирала, – ответила она.

– И что, все убрала? – Мне стало смешно. Значит, девочки решили установить очередь? Интересно! Моего мнения уже не спрашивают.

– Убрала. – Она опустила голову, чтобы скрыть яркий румянец на своем лице.

– Тогда чего ждешь? Забыла дорогу к себе? – решил я быть немного грубым.

– Забыла. – Она подняла голову и с вызовом посмотрела на меня.

Я подошел к ней и посмотрел ей в лицо. Вообще-то красивая тихоня.

– Не надо, сама завтра вспомню.

Это было что-то новое. Мия проявляла характер и решительность.

– Решила остаться? – на всякий случай спросил я.

– Решила остаться, – повторила она за мной. Ее лицо было пунцовым. Но она решила не отступать.

– Вот зачем тебе это надо? Тебе будет больно и страшно, – решил я ее взять на испуг.

– Не врите, милорд. Девочки глаза закатывают, когда рассказывают, как они у вас убирали. – Мия говорила с обидой в голосе.

– Девки, заразы, языками чешут. Ты еще не тронута? – поинтересовался я и посмотрел на нее.

Она еще сильнее покраснела, да так, что я даже подумал, сейчас встанет и убежит, к моему облегчению.

– Вы будете у меня первый. – Она не опустила глаз. В ее взоре была решимость добиться своего. Статус, черт бы его побрал.

Мия оказалась девушкой приятной во всех отношениях. В этой тихой и скромной малышке скрывалась нерастраченная нежность и страсть. Она все делала с желанием, ласково и не стесняясь. В ответ за приятную ночь я наложил ей регенерацию и восстановил порушенную девственность. Кто же знал, во что мне это выльется! Утром ее не было на полигоне, не пошла она с нами и в столовую. Мы сидели, ели свой завтрак и спокойно перебрасывались шутками, когда неожиданно в столовую влетела разъяренная Мия.

– Милорд, это подло. – В ее глазах стояли слезы. Губы тряслись от сильной обиды.

Я не знал, что сказать, вглядываясь в ее глаза, полные слез, и недоумевал.

– Мия, что случилось? – наконец спросил я.

– Вы спрашиваете, что случилось?

Ее синие глаза высохли и стали метать молнии. За соседними столами установилась тишина. Недалеко сидящие эльфары с интересом смотрели на нас. Я видел, как Тора прищурилась, а ее ушки стали нервно подрагивать.