Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Недалеко от южных ворот находилась резиденция ордена Искореняющих, мне надо было осмотреться и принять решение, как быть дальше. Пока у меня не имелось конкретного плана, а только общие наметки.

Мы остановились в небольшом трактире, откуда открывался удобный вид на закрытый со всех сторон мощным забором особняк. «Не дом, а крепость», – подумалось мне.

В трактире было немноголюдно, и, когда в зале раздался шум, это сразу привлекло мое внимание. Оказалось, вышибала выгонял какого-то пожилого горожанина, худого и нескладного, с редкой бороденкой на лице.

– Да что вы себе позволяете?! – возмущался тот. – У меня есть деньги, подождите пару ридок, и мой племянник Кабрам доставит их прямо сюда. Да не толкайте вы меня, невежа! У меня есть предложение к вашему хозяину.

За мужчину цеплялась девушка, такая же худая и нескладная.

– Папа, пойдем отсюда, – уговаривала она упирающегося отца.

– Циня, не беспокойся, твой папа знает, что делает, – отвечал он и хватал за руки охранника.

– Вот когда деньги будут, тогда и приходи, – отвечал вышибала, продолжая толкать упорно сопротивляющегося бородача.

– Это кто такие? – спросил я, с интересом рассматривая колоритную парочку.

– Это идриши, – ответил Марк, сделав ударение на первую букву. – Раньше они жили в Лигирийской империи, занимались в основном ростовщичеством. Ссужали деньги отцу нынешнего императора, а когда пришло время отдавать займы, император издал указ об изгнании идришей из империи и запретил частное ростовщичество. Народ этот изгнали, имущество отобрали, и теперь они скитаются по миру.

– Уважаемый, – обратился я к охраннику, – сколько должны эти люди?

– Два серебряка, – посмотрев на меня, ответил он.

– Иди сюда, идриш, – позвал я мужчину. – Возьми золотой и расплатись с долгами.

Уж смотрел на меня с удивлением.

– Ваша милость, этим нелюдям не принято помогать. – В его голосе сквозило неподдельное изумление, но я уже его не слушал, мои мысли были заняты совсем другим. Я в это время смотрел в окно и видел мальчишек-попрошаек, бегающих у трактира и у рынка. На слова Чарого я только махнул рукой. У меня в голове зарождался план.

– Не обращай внимания, просто блажь.

К нашему столу боком подошел отец Цини и несмело протянул руку к золотой короне.

– Бери, бери, – подбодрил его я.

Мужчина, пересилив себя, цепко схватил монету, потом согнулся в нелепом поклоне. Я усмехнулся: жить захочешь – не так раскорячишься.

Нам принесли заказанную еду, расставили на столе и, принимаясь за нее, Уж сказал:

– Не пойму я тебя, тан. Странный ты какой-то, вроде молодой, а говоришь и поступаешь, как опытный взрослый мужчина. Только вот деньгами соришь не глядя.