Возлюбленная виконта

 — Как ваше имя?

— И когда ребенок должен появиться на свет?

— В начале декабря. — Она легко вычислила это поскольку спала с Рейфом всего один раз.

— Вы поверили, что мой брат возьмет вас в жены Он обещал жениться на вас? Отведайте одну из этих булочек, они очень вкусные.

— Да, обещал. Может быть, вы не верите мне? — спросила Белла, теряя веру в себя. Эллиотт покачал головой. — Уверена, вы считаете меня распутной. Мне должно быть стыдно даже оправдывать себя. Но все было как в сказке. Очаровательный принц смел все препятствия, спасая меня.

Несомненно, вас удивляет, как женщина двадцати пяти лет может быть столь романтичной. Уверяю вас, это не похоже на меня. У меня репутация разумной и практичной женщины, — с горечью добавила она.

— Где вы встретились? Полагаю, в Лондоне. — Он был слишком вежлив, чтобы обсуждать ее моральные устои, а Белла не знала, как ему все объяснить. Как мужчине понять, что его ослепительный вероломный брат произвел на нее ошеломляющее впечатление? Она была одинокой, послушной, несчастной старшей дочерью викария, а Рейф венцом всех ее фантазий.

— Нет, в Суффолке. Я жила… жила… в сельской местности близ Ипсуича. Две мои младшие сестры, которые больше не могли вынести жизнь с отцом, сбежали некоторое время назад. Я осталась. Мне полагалось стать поддержкой отца в старости.

— Ради бога, сколько ему лет?

«Виконт сразу взял быка за рога», — заметила Белла. От несчастья туман застилал ей глаза.

— Пятьдесят три года. — Белла осторожно отпила красного вина.

— Еще долго придется ждать, пока он достигнет глубокой старости.

Я так понимаю, жить с ним не доставляет удовольствия. Хотите еще супа?

— Нет. Достаточно. Спасибо. Да, жить с ним радости мало. — Врать было бесполезно. Лорд Хэдли хотел во всем разобраться. — Он считает, что женщины грешны от природы, они — причина порока, а зло в случае необходимости следует изгонять из них битьем. «Женщина — дочь Евы. Она — плод греха и представляет собой сосуд греха». — Белла процитировала слова, которые вышивала вместе с сестрами. — Моя средняя сестра сбежала с молодым офицером, возлюбленным детства, младшая тоже сбежала, а меня соблазнил виконт.

Видно, папа прав. Я не знаю, где мои сестры, — с грустью добавила она, дрожащей рукой положила ложку и приготовилась выслушать неодобрение виконта.

— Значит, после того, как сестры сбежали, появился Рейф, и вы тоже были готовы последовать их примеру?

Эти слова не были прямым осуждением, которого она ожидала. Понимал ли Эллиотт сложившуюся ситуацию? Непонятно, относился он к ней с насмешкой или с сочувствием.