Возлюбленная виконта

Скажите ему, что это срочно. Он хороший врач. — Эллиотт повернулся к ней.

— Не сомневаюсь. — Белле удалось улыбнуться. — Я вернусь к себе.

— Вы ляжете в постель. — Эллиотт взял ее на руки и понес через комнату. — Мы скажем, что вы только что растянули мышцу, резко встав. Хорошо? Я велю Гамильтону не говорить ничего, что могло бы навести слуг на другие мысли.

— Да, Эллиотт. Это самое лучшее. — Белла опустила голову ему на плечо и старалась взять себя в руки, но страх ледяной рукой схватил ее за сердце.

Эллиотт ходил за дверью, тихо ругаясь. Он должен был заниматься этим лишь через шесть месяцев.

Гамильтон выгнал его из спальни собственной жены в тот момент, когда Арабелла нуждалась в нем.

Она вела себя так храбро. Ожидая врача, выдала волнение, изо всех сил стиснув его руку.

— Боль не очень сильная. — Белла все заверяла, будто именно он был тем, о ком следует беспокоиться. — Я лишь не знаю, ждать мне очередного приступа или нет.

К счастью, Гамильтон пришел немедленно. Если что-то случится с ребенком, Арабелла будет чувствовать утрату, а он ничем не сможет помочь ей. Эллиотт испытывал разочарование, беспомощность и злость.

Не соблазни Рейф Арабеллу, та осталась бы в Суффолке с незапятнанной репутацией, а он обручился бы с Фредди, жил спокойно и не расхаживал за дверью.

— Милорд? — Вышел улыбающийся доктор Гамильтон, и Эллиотт вздохнул — он задержал дыхание, когда увидел, что дверная ручка поворачивается. — Все в полном порядке, волноваться не о чем. Жаль, что у леди Хэдли нет подруг или родственников, которым она могла бы доверять.

— Да, — согласился он. — Я столь же несведущ в таких делах, как и она.

Однако надеюсь, она подружится с миссис Бейнтон. Гамильтон, извините, что вас напрасно вызвали сюда.

— Отнюдь нет. Милорд, лучше быть уверенным, чем жалеть. Рад сообщить, что у вашей жены отличное здоровье. Однако если вы пожелаете, чтобы я навещал ее каждые две-три недели, я сделаю это с большим удовольствием.

— Спасибо. — Эллиотт не сомневался, что Арабелла будет волноваться меньше, если Анна Бейнтон и доктор Гамильтон будут знать ее секрет, — Мне станет лучше, если нам не надо будет притворяться насчет этой беременности, — добавил он.

— Через неделю беременность станет очевидна. Может быть, мне прийти через две недели, проверить, как идут дела?

— Спасибо. — Эллиотт пожал ему руку. — Должен признаться, все это немного выводит из себя.

— После третьих родов все приходит в норму, — успокоил доктор, видно забавляясь состоянием Эллиотта. — Выход я найду сам.

Эллиотт уже хотел открыть дверь в комнату Арабеллы, но остановился, держась за ручку. Он понял, что беспокоился только о ней, как скажутся роды, если она потеряет ребенка.