Время «мечей»

 – Это твой шанс искупить вину! Ты сразу уйдешь отсюда, даже мясо не успеет испортиться! Никто ничего не узнает, даже твое начальство! А деньги Оловянного останутся у тебя и пойдут на благое дело – лечение Мариам!

И вдруг Саидбека осенило!

– Есть такой человек! – воскликнул он. – Зарема из Камров! Она ненавидит этих бандитов! И имеет доступ к матери Оловянного! А Абрикос ходит к ней в дом!

Он рассказал все, что знал о Зареме и происшедших с ней событиях. Нижегородцев внимательно слушал и карандашом делал пометки в своём блокноте.

– Пожалуй, это то, что нужно, – сказал он, когда Саидбек замолчал.

 – Устрой мне встречу с ней. Надо сделать так…

Закончив инструктаж, полковник встал.

– Так точно! – ответил повеселевший Саидбек.

– Сейчас тебя проводят до выхода. Расскажешь всем своим, что тебе предлагали попробовать поступить в пограничный институт, и ты пообещал подумать. Наши кадровики это подтвердят.

Нижегородцев протянул ему руку и совсем не страшно улыбнулся.

Вездеход возвращался в рабочий поселок. Карим всю дорогу молчал и, морща лоб, что-то напряженно обдумывал, Мончегоров тоже сидел молча и, насупившись, смотрел в пол.

Совершенно ясно, что официальное извлечение заряда из законсервированной шахты выглядит совсем по-другому. И никакие межправительственные соглашения здесь невозможны, ибо международное право запрещает распространение ядерного оружия за пределы атомных держав. Тем более, что Казахстан не входит в «ядерный клуб»… Но зачем Кариму и тем, кто за ним стоит, этому, как его… Наби! – атомный заряд?!

Тем временем Рустам наполовину влез в кабину и возбужденно переговаривался с Володей.

– Я раз в зоопарке был, белого медведя видел.

Огроменный! Вот он, когда на задние лапы встанет, до такой высоты, как здесь, дотянется… Но откуда здесь белый медведь?

Володя только пожал плечами.

– Еще огроменные в Америке водятся… Гризли называются!

– А ты что, и в Америке был? – с иронией спросил водитель.

– Да не, откуда? В кино про индейцев видел…

– Кино – это достоверно, – усмехнулся Володя. – Особенно про индейцев!

– Хорошо, если он один такой… А вдруг все?

– Степаныч должен знать. Слышь, Степаныч!

Мончегоров находился в тяжелой задумчивости.

Он понял только одно, что влип в скверную историю. И не представлял, как из нее выпутаться. В голову ничего путного не приходило. Надо как-то связаться с Докукиным и уточнить у него – что к чему… Только как? Позвонить сыну, чтобы тот через Интернет нашел старого друга? А как Сашке позвонить?

– Степаныч! Заснул, что ли?

Заслуженный мелиоратор тряхнул головой и вынырнул в тревожную действительность.

– Ты же здесь работал. Таких крупных медведей видел?

Иван Степанович покачал головой.