Время «мечей»

 – Расскажите, что с вами произошло, Хархач Адамович?!

– На охоту собрался, патрон заряжал, а капсюль взорвался…

– Странно… Кто перед охотой патроны снаряжает? Да еще так, чтобы остаться без глаза? Кстати, ружьё зарегистрировано?

– Конечно, зарегистрировано…

– Вот сейчас мы и проверим! – офицер достал из футляра на поясном ремне сотовый телефон.

– Подожди, не звони, – больной сел в кровати и просяще поднял руку. – Я и так пострадал. Ну, не зарегистрированное, от отца осталось. Это же не нарезное… Двустволка старая …

Старлей, не слушая, всё-таки набрал номер дежурного по части:

– Алло! Привет, Андрей! Слушай, свяжись с полицейскими, пусть своих пришлют в районную больницу – здесь чел подозрительный, похоже, с огнестрелом. Как раз вчера утром привезли. Без документов. Пусть разбираются. Я его опрошу, напишу рапорт: если что-то из этого выйдет – нам показатель пойдёт…

Раненый нервно заёрзал:

– Позовите врача, плохо мне!

– Придётся потерпеть, сейчас опросим и позовём…

Офицер достал из планшета лист бумаги, ручку и, пристроившись на тумбочке, принялся писать: «Мною, старшим лейтенан…» Но фиолетовые буквы резко обесцветились, шарик царапал бумагу, не оставляя никаких следов. Он извлек стержень, поднял на свет, посмотрел…

– Вроде есть ещё паста, а не пишет… Петр, дай ручку!

Прапорщик пожал плечами:

– Откуда? Автомат есть, а ручка мне без надобности…

– У меня есть, – больной встал, из внутреннего кармана пиджака извлек даже на вид дорогой «Паркер», перегнувшись через кровать, протянул.

– Возьмите, тут хоть и золотое перо, но для дела не жалко… Тем более, бояться мне нечего!

– Ничего себе! У офицера за сорок рублей, а у колхозника – за тысячи! – присвистнул прапорщик. – Правда золотое?

Он сделал шаг вперед, с интересом наклонился.

– Похоже правда, – старлей снял колпачок.

Одноглазый отпрыгнул к окну – вовремя! Блеснула вспышка, раздался громкий, словно выстрел, хлопок, красные брызги запачкали матрац, стены, одежду. У старлея исчезли пальцы, правая кисть разлохматилась, он вскрикнул и без чувств боком упал на пол. Прапорщик схватился за лицо и пронзительно закричал. Одноглазый перескочил через кровать, отжал ослабевшую руку от окровавленного лица, сдёрнул автомат. Отпрыгнул назад, увеличивая дистанцию, отработанным движением передёрнул затвор.

Бах-бах-бах-бах! – оглушительно прогрохотала в помещении короткая, злая очередь. Гильзы веером ударились о стену и со звоном раскатились по щелястому полу. Пули кучно вошли в грудь прапорщика, насквозь пронизали тело и, разбив стекла, вылетели в окно. Петр упал на спину, руки раскинулись в стороны, открыв обожженное лицо.

Сапер четко развернулся и перевел ствол на вторую цель. Старлей лежал без сознания, но это ничего не меняло.