Время «мечей»

– Вы мне ещё про патриотизм расскажите! – хохотнул водитель, закрывая моторный отсек.

– Карим! Можно ехать!

– В машину! – скомандовал Карим, и Мончегорову ничего не оставалось, как вместе со всеми полезть в чрево вездехода.

Путешествие продолжилось. Еще два часа вездеход пробивался через тайгу, потом путь ему преградила довольно широкая – метров двести река. Володю водная преграда не смутила. Броневик медленно заполз в реку и поплыл, покачиваясь на легкой волне. Только к транспортным шумам добавился плеск по левому борту да звук взбиваемой винтом воды. Ощущение было не очень приятным: казалось, что тяжелая, не приспособленная к плаванию закрытая коробка вот-вот пойдет ко дну…

Тайга открыл верхние люки, забрался на стол и высунулся наружу. Мончегоров последовал его примеру. Открытое пространство успокаивало. Противоположный берег хотя и медленно, но приближался, что говорило о надежности их транспортного средства и вселяло уверенность в благополучном окончании переправы. Но снизу их дергали другие члены «шайки», пришлось уступить им места и потом меняться, по очереди выглядывая на воздух. Рустам безучастно сидел на прежнем месте и, судя по всему, никаких тревог не испытывал. Через полчаса вездеход тяжело выбрался на твердую землю, и все успокоились.

Снова привычные звуки продвижения через тайгу: треск сломанных бортами сучьев и тонких деревьев под колесами, толчки преодоления толстых стволов…

– Иван Степанович! – вдруг позвал Карим, заглянув в салон, и его мощный голос перекрыл рев двигателя. – Можно вас пригласить?

Мончегоров удивленно выбрался из-за стола.

– Сядьте, пожалуйста, сюда, – Карим показал на кресло рядом с водителем. – Похоже, начинается знакомый вам район. Так что командуйте дальнейшим движением!

Иван Степанович занял командирское место. Он был приятно удивлен: Карим вернулся к прежнему, подчеркнуто-уважительному тону и открыто признал его компетентность…

Осмотревшись через лобовое остекление, он обнаружил, что действительно начались знакомые места, хотя они существенно изменилась: старый лес с широкими просеками для прохода техники был вырван вместе с корнями и отброшен далеко в сторону, образовав огромные полусгнившие завалы высотой с четырехэтажные дома. Впрочем, дорога, ведущая к рабочему городку, сохранилась. Она, как и предполагал Мончегоров, заросла, но не сильно. Деревьям здесь было не больше двадцати лет, и для БРДМ они серьёзного препятствия не представляли. Многие имели неестественную форму, их черные ветки тянулись к вездеходу, как изломанные и высохшие руки мертвецов…

Вездеход объехал проржавевший трактор, миновал наскоро сбитую дощатую избушку, которая местами сгнила, задняя стенка отвалилась.