Время «мечей»

 – Это ты здорово придумал: крохотный сортир вместо всего комплекса! Пойдем ко мне, коньяк выпьем, я тебе благодарность сделаю…

Оловянный одобрительно кивнул.

– Вижу, ты начинаешь головой думать…

Они прошли к гостинице, миновали почтительно вытянувшихся охранников и поднялись в просторный, богато обставленный кабинет. Оловянный неспешно обошел кабинет, заглянул в комнату отдыха с примыкающим санузлом, осмотрел кожаную мебель, картины на стенах.

– Ты что, Вагаб, в художниках разбираешься? – с плохо скрытой издевкой спросил он.

– Кто, я? Да нет… Так, кресло-месло, картин-мартин – чтобы как у людей…

Лязгая ключами, Вагаб отпер сейф, закрывая его спиной, повозился внутри, запер и положил на полированный стол четыре пачки пятисотрублевых купюр.

– Спасибо тебе, Руслан! Вот…

– Что это? – Оловянный подошел, брезгливо тронул одну пачку. – Что это такое?

– Двести тысяч… Это моя благодарность…

Оловянный молча подошел к окну. Перед ним открывался чудесный вид: горы, скалистое ущелье, синее небо, легкие перистые облака, парящие в вышине орлы… Внизу была видна пустующая автомойка и шиномонтаж, у которых что-то обсуждали рабочие в новеньких синих комбинезонах и несколько охранников в черной униформе. Их поведение бдительно контролировали стоящие в сторонке Муса, Абрикос и Сапер.

– Красиво тут у тебя.

– Что?! – напряженно спросил за спиной Вагаб.

– Красиво, говорю… Горы, небо, орлы летают…

– Да, орлы… Недавно Омар с верхнего пастбища одного подстрелил. А тот уронил человеческую руку… Настоящую, с часами. Дибир сам видел и руку, и часы.

– Я к тебе не сказки слушать пришел.

– Во сколько тебе обошлась эта стройка?

Может, Руслан действительно говорил слишком тихо, а может, хозяин почувствовал, что дело поехало не по тем рельсам, и от страха не понимал вопросов. Но Оловянный был терпелив. Он развернулся, подошел к столу, сел в глубокое кожаное кресло.

– Сколько денег ты вложил в свой комплекс?

– Ну… Как считать… Цемент почти бесплатный, кирпич со скидкой, рабочие дешевые…

– Ну, если он ничего не стоит, так может, лучше выполнить решение суда, как положено?

– Нет, нет, как ничего… Считай, миллионов тридцать. Не считая мебели и оборудования.

– А сколько тот сортир для рабочих стоит?

– Не знаю, Руслан! Клянусь Аллахом, не знаю! Можно бухгалтера позвать.

– Не надо, я тебе и сам скажу. Он стоит столько, сколько твоя благодарность! Ты понял, к чему я веду речь?

Вагаб опустил голову. Он понял только одно – шутки кончились. И что лучше бы ему не обращаться за помощью к Оловянному.

– А сколько надо? – хрипло спросил он, глядя в пол.

– Много я с тебя не возьму, – ответил Оловянный. – Если я спас тебе тридцать лямов, то отстегнуть ты мне должен десять.