Все радости - завтра

Скай укусила себя за руку, но не смогла остановить, не дать ему услышать ее крик, когда его язык нашел глубоко упрятанный там нервный центр. С изощренным умением его язык скользил по его нежной поверхности, то и дело надавливая на крошечную драгоценность ее женственности.

Вспышка наслаждения ослепила сознание и разорвала тело Скай. Вытянув руку, он вырвал кулак из ее рта, и она закричала в полный голос. Снова приникнув к ней, он продолжил пытку наслаждением, пока странные мяукающие звуки не убедили его в том, что он уже достаточно завел ее, и он не остановился.

Перевернувшись, он глубоко вошел в нее, снова поставив ее на грань безумия. Боль от ее впившихся в его мускулистые плечи ногтей была ему приятна — он был мастером в любви и хорошо знал это. Но на этот раз он уже не мог терпеть, разрядка была нужна и ему, и ей. Издав вопль ликования, он излился в ее пульсирующее, вибрирующее тепло.

Это было уже чересчур даже для нее, и он с удивлением увидел, что она плачет. Никола обнял Скай, любя ее еще больше за то, что экстаз вызвал у нее рыдания.

— Doucette, doucette, — шептал он, покрывая ее мокрое лицо частыми поцелуями, — doucette, любовь моя!

Не плачьте, любовь моя! О, doucette, вы разобьете мне сердце! — Он нянчил ее в своих мощных руках, как ребенка.

— Мне так страшно, — всхлипывала она, — так страшно, Никола! Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось, но, если мы поженимся, так и будет! Я это знаю. Так бывает с каждым, кого я полюблю, и я больше не могу! Не могу так!

— Вы любите меня! — счастливо выдохнул он.

— Да… нет… не знаю! Я знаю только, что не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось!

С этим страхом им придется что-то делать, он был достаточно умен, чтобы понимать это.

— Но ведь мы не сможем пожениться еще год, doucette, — сказал он, — это было бы неприлично. Мы даже не сможем объявить о наших намерениях. Если за это время со мной ничего не случится, то, Скай, вы сможете поверить, что все будет в порядке? Ведь не может быть, чтобы в вашей жизни не было человека, который был бы вам небезразличен и тем не менее остался невредим?

Скай перестала рыдать. Ведь был Адам! Адам не пострадал из-за любви к ней, но ведь он и не был женат на ней. Что-то подсказало ей не называть его имя, ибо Никола, как она успела убедиться, был ревнив.

— Никого, — тихо произнесла она.

— Тогда я обрету честь человека, который уничтожит вашего дракона, doucette! — весело сказал он. — Не бойтесь, дорогая! Я везунчик и всегда им был. Да, я бастард, и отец вынужден был отказаться от меня, но не мать и дед — они вырастили и воспитали меня. Мой дед даже усыновил меня, дал титул. Мой сводный брат сделал меня наследником, и папа римский утвердил его решение, и теперь я — герцог.