Все радости - завтра

 — Это наша мама!

Дейдра посмотрела сначала на Скай, потом на кивающую ей Виллоу и снова на Скай. Потом сделала нерешительный шажок, другой… и тут, протянув руки, Скай ухватила ее в свои объятия и начала целовать ее пухлые щечки. Малышка радостно прижалась к Скай, и та снова чуть не заплакала. Дейдре было почти два года, и за те несколько месяцев, проведенных без Скай, она совсем забыла ее. Найла она не вспомнит никогда, и это и заставило Скай пролить несколько слезинок, особенно когда она подняла глаза и посмотрела на своего младшенького, Патрика, который был так же похож на Найла, как Дейдра — на нее.

— Теперь вы счастливы, doucette? — Никола уже стоял рядом с ней. . Скай встала, держа Дейдру на руках:

— Да, очень, Никола. Как мне благодарить вас?

Дейдра посмотрела на Никола.

— Папа, — произнесла она отчетливо. Широкая улыбка осветила лицо Никола.

— Конечно, я буду им, — счастливо сказал он, — если королева Англии удовлетворила мою просьбу. А, племянник Эдмон? Буду ли я счастливым женихом?

— Разумеется, мой восторженный дядюшка, будете.

Королева Англии благословила ваш союз.

— А я думал, что ты уже замужем, мама.

 — Мурроу встал рядом с матерью в позе защитника.

Дейдра вывернулась из рук матери и протянула свою пухлую ручонку Никола, который радостно пожал ее. Дейдра перешла в его объятия и повторила:

— Папа. — У нее был такой вид, словно она достигла высшей стадии наслаждения, и если ее старшие братья и сестры были слегка удивлены ее поведением, то она — нисколько.

Скай пришлось подавить улыбку, которую вызывало в ней недоумение старших детей.

— Герцог, за которого я несколько месяцев назад вышла замуж, Мурроу, вскоре после этого умер. А этот джентльмен — Никола Сент-Адриан, его наследник и новый герцог Бомон де Жаспра.

Весной, после того как кончится мой траур, он станет вашим отчимом.

Мурроу кивнул и, повернувшись к Никола, вежливо поклонился:

— Как поживаете, милорд? — спросил он.

— Отлично, Мурроу… не так ли?

— Да, милорд. Я — Мурроу О'Флахерти. Скай представила остальных старших детей.

— Никола, это — мой сын Робби, юный граф Линмутский, и моя старшая дочь Виллоу Смолл.

— Добро пожаловать в Бомон де Жаспр, дети, — сказал Никола.

Виллоу грациозно присела, а Робби низко поклонился.

— Это все ваши дети, doucette? — восхищенно осведомился Никола.

— Нет, старшего нет. А почему не приехал Эван? — спросила она Мурроу.

— Он решил, что еще не время покидать Баллихинесси, мама.

— Там какие-то трудности? — обеспокоилась Скай.

Старший сын через три месяца должен был праздновать свое пятнадцатилетие.

— Не совсем. Англичане в высшей степени почтительны к старшему брату графа Линмутского. — Мурроу хмыкнул и добавил:

— Хотя это и злит Эвана… ну, что приходится прикрываться титулом Робина.