Все радости - завтра

— Вы дадите нам знать до того, как мы изберем новую невесту? Если бы вы могли вернуться к нам… — плелся он за ней.

— Я пошлю вам письмо немедленно, — пообещала она, не желая спорить с ним.

— Ведь вы не вернетесь, да? — сказал он.

— Я все время размышляю над словами посланца, Эдмон, но с каждым разом все более убеждаюсь в их истинности. Осман не мог солгать.

— Не могли бы» вы удовлетворить мое любопытство, cherie? Кто этот Осман, которому вы так доверяете? Насколько можно верить ему? Он был настоящим другом?

Скай на минуту остановилась, размышляя, сказать ли ему всю правду.

«Почему бы и нет? — подумала она. — Возможно, это убедит его».

— Эдмон, — сказала она, — после смерти моего первого мужа я и Найл должны были пожениться. Но прежде, чем совершились все церемонии, я должна была съездить в Алжир. Мы хотели торговать с алжирским беем, а он, когда узнал, что во главе компании О'Малли находится женщина, настоял на том, чтобы встретиться со мной. Он передал вымпел для нашего корабля, который гарантировал безопасный проход через пиратские области, но вымпел был утрачен при шторме, и пираты напали на нас. Мы победили, но я была похищена с флагманского судна, а Найла, пытавшегося спасти меня, подстрелили.

Я была уверена, что он мертв, и от горя утратила память. Меня как рабыню купил Халид эль Бей, известный как Великий сводник Алжира. Он предназначал меня в свой лучший бордель, но влюбился в меня и сделал своей женой.

Когда Халида убили, а заговор организовал его бывший друг, капитан крепости Касба, Джамиль, мне пришлось бежать из Алжира. Джамиль питал ко мне вожделение и хотел Заполучить сразу меня и богатство Халида. Я была беременна Виллоу, но это не остановило меня.

«С помощью лучшего друга Халида, Османа, мне удалось превратить имущество Халида в золото и убежать из Алжира на корабле Робби с несколькими слугами всего за несколько дней до того, как кончился срок траура, защищавшего меня от Джамиля.

Теперь вы понимаете, почему я доверяю Осману? Раз он призывает меня, я должна ехать. Раз он говорит, что Найл жив, значит, он жив, и я разыщу его! Не только для себя должна сделать я это, но и для Патрика и Дейдры. Они имеют право на отца, и я имею право на мужа.

— Боже! — выдавил наконец Эдмон. — Вы удивительная женщина! Даже больше, чем удивительная, вы восхитительная! — Он остановился и, встав перед ней, взял ее руки в свои крошечные ручки.

 — Все, что вы сейчас сказали мне, cherie, останется между нами. Теперь я понимаю, почему вы так доверяете этому Осману, и… — он печально вздохнул, — я понимаю так, что вы не вернетесь, — Скорее найдите кого-нибудь для Никола, Эдмон. Не давайте ему слишком грустить обо мне, чтобы он не успел идеализировать память обо мне так, что никакая другая женщина не сможет удовлетворить его.