Все радости - завтра

Сердито глядя на мать, отчетливо произнесла:

Адам расхохотался и подхватил дочурку на руки, чтобы поцеловать, но, увидев предупреждающий взгляд Скай, сказал вместо этого:

— Мама тоже тебя любит, Велвет. Но ты должна ее слушаться.

Недовольная таким поворотом событий, Велвет заковыляла к няньке, которая увела ее из зала.

— Она хитра, как лиса, — сказала Скай. — Надо серьезно заняться ее воспитанием. Неужели Господь не мог дать нам дитя поспокойней и потише?

— Она же наша дочь, милая. Скай улыбнулась в ответ:

— Ну, когда она станет постарше и вокруг нее начнут толпиться мужчины, посмотрим, что будет с твоим благодушием.

— Это еще когда будет, — беспечно заметил Адам, — ей только год!

— Время летит очень быстро, Адам. Эвану уже восемнадцать, а я не заметила, как прошли эти годы.

— Мадам, вы меня огорчаете, — ответил он. — Пока мы не слишком состарились, не отправиться ли нам в постель, хотя некоторые авторитеты в этой области говорят, что для этого люди никогда не бывают достаточно старыми. А что можете сказать по этому поводу вы, мадам, исходя из мудрости своего почтенного возраста?

— Что же, монсеньор, давайте отправимся в кровать, и я постараюсь детально объяснить вам свою точку зрения, — пообещала Скай, бросая ему соблазняющий взгляд.

Эти моменты, когда они могли уединиться в своей спальне, она любила больше всего. В изготовленной по его рисунку огромной дубовой кровати с изголовьем двухметровой высоты, затянутым льном, и льняными занавесями, вышитыми зеленым бархатом, они могли валяться нагими часами, лаская и любя друг друга медленно, пока не выгорал камин и не оставались только тлеющие угли, заставляя их укрываться двойным покрывалом.

С каждым разом их любовь становилась все слаще, особенно после рождения Велвет. Скай наслаждалась, лежа вытянувшись под Адамом, глубоко вдавливающим ее в перину. Ее сводили с ума его плотные бедра, касающиеся ее ног, ласковое щекотание его мохнатой груди, прижимавшейся к ее мягким грудям, ощущение твердости его органа, стремящегося проникнуть в нее. Иногда ей было недостаточно его любви, и тогда она снова бесстыдно будила его долгими поцелуями, скользя по всему его сонному телу. Несколько раз Адам просыпался, обнаруживая, что она возбудила его во сне и теперь сидит на нем верхом. Он начинал ласкать ее груди, пока они не ощеривались соблазнительно сосками. И все же, как ни ненасытна была их страсть, в ней было какое-то умиротворение, словно они оба понимали, что то, что происходит между ними, будет отныне вечно.

Наконец Карл IX умер, и его брат Анжу, который в прошлом году стал королем Польши, покинул свою новую державу под покровом ночи, чтобы бежать в любимую Францию.