Замок княгини

Обступила, обняла, стало так спокойно. И надо ли задаваться вопросом, почему и откуда? Если прислушиваться к каждому мимолетному ощущению и гадать, откуда оно, можно сойти с ума.

— Где мой муж? Я хочу поговорить с ним, не знаешь, чем он занят сейчас? — спросила она соддийку.

Да, ей хотелось встретиться с Леманом Дьяном, увидеть его радость от того, что она здорова, убедиться, что он не сердится на неё, объяснить про свой бред, и что она вовсе не его имела в виду, говоря о ненависти. С чего бы ей его ненавидеть? Да, считается, что в бреду или спьяну люди часто выбалтывают усердно скрываемую правду, но это не тот случай.

Неужели он всерьез мог такое подумать?

Его зовут Леман. Он разрешил ей так себя называть, но только наедине. Какой странный обычай — терять своё имя, становясь князем…

Она, пожалуй, соскучилась, и была бы рада остаться с ним наедине в тишине и темноте их спальни. Но до ночи ещё немало часов, почему бы им не увидеться раньше?

Мантина помедлила с ответом, как будто прислушиваясь к чему-то. Сказала:

— Он занят с гостьями, княгиня. Летал с ними в Итсвану. Их принимал сам император, если я верно поняла.

Вот как, значит. Он отправился в Хаддард с гостьями, которые пожелали видеть Изумрудный замок и императора. Это очень важно, наверное. Но почему у него не нашлось минутки повидать её?

— Он заходил ко мне сегодня, Мантина?

— Нет, княгиня, он был занят с самого утра.

— Хорошо, я подожду, — она наклонила голову, как благовоспитанная молодая супруга, — вот что, я хочу прогуляться. Давай выйдем на воздух. На стену, например.

— Сегодня мороз, тебе стоит поберечься после болезни, — попробовала возразить соддийка.

Кантана упрямо повторила:

— Пойдём, прошу.

Я хочу воздуха, нет сил сидеть взаперти.

Это мало походило на просьбу, и Мантина сдалась, принесла из гардеробной их плащи и теплые сапожки. Юту Кантана опять спрятала по плащ.

Снаружи действительно было морозно, и воздух искрился в солнечных лучах мельчайшей ледяной пылью. И так легко дышалось. Оказывается, ей так хотелось простора и воздуха!

Они медленно шли по широкой стене, здесь без труда проехала бы и повозка, запряженная парой. Впереди была башня, она возвышалась над стеной на два этажа. И если бы Кантана знала, кто выйдет сейчас из башни им навстречу, вряд ли она захотела бы гулять именно здесь…

Вышла женщина, незнакомая, в распахнутом плаще, подбитом светлым пятнистым мехом.

Средних лет — с виду ровесница мамы, лиры Кайры. Веселая, оживлённая, она шла быстро, и не замедлила шага, увидев Кантану и Мантину, которые при виде неё остановились.

— Это княгиня Арвиста, — тихо, быстро пояснила Мантина, — старшая женщина третьего княжеского дома в Содде. Помнишь: Шанияры, Дьяны и Арвисты. Жаль, что нет князя Дьяна…

Итак, это была их гостья.