Записки человека долга

Отозвал меня в уголок и спрашивает:

– Не знаешь, Петров перед этим крепко пил?

– Я бы не сказал, – говорю. – Если по правде, то как все, не увлекаясь особенно…

Майор задумчиво хмурится:

– Побеседовали… Признался, что эти дни втихушку выпивал крепенько. Ну, а потом та бутылка его, видимо, и сняла с катушек окончательно. Медики говорят, такое бывает.

– А что же он… – осторожно заикнулся я.

– Говорит, что ночью из стены вышла белая фигура и пошла прямо на него. Вот он и начал… воевать, вояка хренов…

Что-то мне все это показалось предельно странным: ну какой нормальный человек в такой ситуации будет сам на себя наговаривать? Выпивал крепенько, белые фигуры из стены… Тут бы следовало что-нибудь побезопаснее для себя придумать.

А он…

– Может, товарищ майор, в бутылке все же был какой-то дурман? – спросил я.

– Да не было там никакого дурмана, – сказал майор сердито. – Вино как вино. Вины это с тебя, конечно, не снимает, ты свой втык все равно получишь, понимать должен. Невозможно в таком деле вовсе без втыка. Мне вот тоже предстоит… Только этот сукин кот хоть и огребет клизму, от настоящих оргвыводов избавится.

Время такое… суетливое.

Я его прекрасно понял. Огромная машина зашевелилась. В самом скором времени начнут расформировывать штабы фронтов и армий, и у начальства будет куча других забот, так что у Петрова есть шанс проскочить меж жерновов – хотя, конечно, с перепачканным личным делом. Ну, можно считать, повезло дураку: чуть пораньше огреб бы по полной…

– Товарищ майор, – сказал я вдруг первое, что в голову пришло. – А если тут, в доме, кто-то прячется? А по ночам привидение изображает? Дом старинный, тут потайных ходов, очень может быть, немерено.

Нас столько инструктировали про вервольфов…

Инструктировали, точно. Между нами говоря, еще до того, как наши войска вступили в Германию, на самом высоком уровне разрабатывались меры борьбы с немецкими партизанами. Всерьез полагали, что нас тут встретит мощное партизанское движение. Только оказалось все это сплошным пшиком, за исключением отдельных инцидентов с упертыми фанатиками. А в общем и целом не получилось из немца партизана.

Я думал, майор меня обругает или высмеет.

Нет, он отнесся, в общем, серьезно.

– А черт его знает, – сказал он задумчиво. – Исключать нельзя. Где-то у меня по сводкам подобный случай проходил, еще в Польше… Ладно, надо будет прислать саперов, чтобы они и на этот предмет постарались… Чем черт не шутит… – и закончил своим коронным: – Вы, главное, поглядывайте, вас теперь только двое осталось. А увидишь какую-нибудь белую фигуру… бей на поражение. Ты ведь в привидения не веришь?

– Никак нет, – сказал я чистую правду.

– И правильно.