Записки человека долга

Катарина, как ни в чем не бывало, спускается по парадной лестнице на первый этаж, подбоченилась, правой рукой все так же манит, с застывшей улыбочкой. То ли показалось, то ли глаза у нее еще ярче сияют, как две синие лампочки. Эге, думаю, она и тут нас достанет за здорово живешь. Остается на улицу. Там столько народу, что свидетелей у нас будет куча, да и гранаты имеются у каждого. Ну, предположим, граната против мрамора не особенно и подействует, но будет у нас масса свидетелей, что мы не с ума сошли, что не почудилось нам…

– Сидоров, – говорю я.

 – Ты на улице не паникуй, ничего такого. Если что, пусть сами увидят…

– Не учи ученого… – отозвался он.

И мы вышли на крыльцо. Тщательно захлопнули за собой парадную дверь, высокую, массивную, сошли с крыльца на дорожку, а сами смотрим, не повернется ли ручка. Нет, не шевелится.

Ближайший часовой, конечно, тут же подошел. Я ему, не давая опомниться:

Он ничуть не удивился, был о такой возможности проинструктирован. Я сказал еще:

– Увидишь посторонних – огонь в воздух.

Думаю: если что, оба взвода сбегутся, свидетелей будет… И, переглянувшись с Сидоровым, двинулись мы вокруг особняка проверять посты. А сами шагаем, как на иголках: не раздастся ли за спиной автоматная очередь? Уж если она появится на крыльце, часовой не удержится или уж заорет в крайнем случае…

Ничего. Тишина. Обошли мы все посты – и, как следовало ожидать, нашли их в полном порядке, – перекинулись парой слов с дежурным комвзвода, они тоже поочередно ночью дежурили.

По-моему, никто так и не заметил, что мы оба в нешуточном волнении, а если и подметили что, вопросов задавать не стали. Мало ли по какой причине отцы-командиры малость взвинчены.

Все сделали, что надлежало, дальше тут отираться вроде как и ни к чему, но не домой же возвращаться, когда там это расхаживает? Сели мы в беседочку неподалеку от главного входа, закурили – а пальчики-то трясутся, как у любого на нашем месте…

– Понимаешь что-нибудь, Сидоров? – спросил я. – Ты ведь, по некоторым моим наблюдениям, много умных вещей знаешь…

– Откуда я знаю? – пожал он плечами.

 – Приходилось мне как-то читать, что иные статуи, и в Италии, и в Германии, по ночам расхаживали вроде нашей, могли и придушить… Только это же не научная литература была – так, легенды, сказки…

– Выходит, не сказки, – сказал я. – Вот отчего Петров, теперь ясно, пьянкой и прикрылся. Лучше уж «сознаться», что допился до чертиков, чем рассказывать, как статуя ночью ходит.