Земля живых

– Ты тоже смотри не вздумай помереть до срока, – ответил тот, ободряюще клацнув затвором.

Макарыч надел шумозащитные наушники – слишком оглушительно грохотал Печенег в стенах дома – и открыл первую бойницу.

Разглядывать сквозь нее полусгнившие морды было некогда. Да и незачем. Без долгих колебаний пулеметчик высунул в бойницу ствол своего орудия и нажал на спусковой крючок. Одна короткая очередь веером, за ней другая… Затем – подождать, пока на месте разлетевшихся в ошметки голов покажутся новые, – и снова две короткие очереди веером…

Это занятие можно было бы назвать рутинным, если бы не сопутствующий ему риск.

Всякий раз, открывая бойницу, стрелок мог быть схвачен за горло шустрым зомби, успевшим просунуть внутрь руку. А порой сразу несколько рук просовывалось в отверстие и тянулось к Макарычу, прежде чем он выставлял туда пулеметный ствол. Для подобных случаев он держал под рукой топор. И отсекал им мешающие вражеские конечности, чтобы Печенег мог доделать все остальное.

Переходя от двери к окнам, а от них к гаражным воротам, где также имелись бойницы, старик мало-помалу усеивал двор обезглавленными телами зомби.

И лишь когда пулемет расстрелял вторую ленту и твари уже не заслоняли проникающее в бойницы солнце, стало понятно, что работа подходит к концу. Осталось лишь подняться наверх и нанести на это батальное полотно несколько финальных штрихов.

Решетки на окнах второго этажа служили не только упором для пулемета, но и гарантировали, что ослабшие от болезни руки старика не уронят оружие вниз – оно не провалилось бы сквозь прутья. Добивать остатки врагов он не спешил. Пальба по движущимся целям была опять-таки лишней тратой пуль.

Вместо этого стрелок дождался, когда последние зомби упрутся в стену дома, и уже потом, хорошенько прицелившись, снес им головы.

Выпустив последнюю очередь, Макарыч поставил оружие на пол и утер со лба пот.

Вроде и работа была несложная, а замаялся он так, будто долбил ломом бетонную стену. От порохового дыма вновь разыгрался кашель, а от него, в свою очередь, закололо сердце. Нет, пожалуй, достаточно на сегодня трудов праведных. Утащить тела в ров можно и завтра – за день с ними ничего не случится. К тому же надо оставить силы про запас – а вдруг на выстрелы сюда сбегутся зомби из окрестных лесов, что не раз бывало прежде?

Переводя дух и попутно наблюдая за окрестностями, Макарыч вдруг насторожился.

На западе шоссе шло в гору, и на самой ее вершине, примерно в километре отсюда, стояли автомобили: два внедорожника и бортовой грузовик. Не ржавые или сгоревшие, каких тоже хватало на дороге, а явно исправные. И объявившиеся там совсем недавно, поскольку еще утром их не было.

Живые люди на шоссе мертвецов не считались такой уж редкостью.