Жемчужина Лабуана

 – Сегодня будет немало поджаренных пяток.

Отдавшись течению этой толпы любопытных, уже минут через двадцать они оказались на обширной площади, ярче освещенной возвышавшихся повсюду смоляными факелами на высоких шестах. С одной стороны площадь замыкалась старинной пирамидальной пагодой. В середине ее оставалось довольно обширное свободное пространство, оцепленное охраной сипаев. Там, в розоватом мареве, виднелись жаровни с раскаленными углями, распространявшими вокруг нестерпимый жар.

– Что они собираются готовить на этих жаровнях? – спросил Сандокан, с трудом прокладывая себе дорогу в толпе фанатиков и любопытных.

– Собственные подошвы, капитан, – ответил Каммамури. – Скоро вы это увидите, а пока нам нужно протолкаться поближе к пагоде. Того, кто нам нужен, следует искать именно там.

Помогая себе локтями, не без труда им удалось добраться до основания лестницы, которая вела к дверям пагоды. Однако дальше они натолкнулись на настоящую человеческую стену, которую никакими силами нельзя было пробить. Но отсюда, взобравшись на каменную террасу, которая тянулась перед храмом, они отлично могли наблюдать церемонию, разворачивавшуюся у входа в храм.

Тщетно вглядываясь в глубь толпы в надежде заметить старого манти и уже отчаявшись обнаружить его в этом колеблющемся море голов, путники отступили немного назад, к центру площади.

– Поищем место поближе к огню, – сказал Каммамури. – Мы обязательно найдем старого колдуна там, когда начнется танец огня. Если он в самом деле туг, он обязательно будет участвовать в церемонии.

– А разве это не праздник Дхармы-Раджа? – спросил Янес.

– Да, но поскольку пагода посвящена Кали, то вынесут также и ее статую.

Решительно расталкивая толпу направо и налево, четверо мужчин добрались наконец до центра площади, которая на значительном пространстве была покрыта горящими углями. Множество индийцев, окружавших эту огромную арену, раздували угли с помощью вееров из пальмовых листьев и опахал.

– Эти угли для почитателей Дхармы-Раджа? – спросил Янес.

– Да, скоро эти фанатики будут бегать по ним.

– Хорошенький обычай поджаривать себе пятки.

– Они этим заработают себе вечное блаженство.

– Охотно оставляю им это вечное блаженство, – сказал пират, улыбаясь. – Предпочитаю сберечь себе ноги.

Громкие крики и движение толпы показали, что процессия уже выходит из храма, чтобы начать обряд испытания огнем. Широкая брешь образовалась в расступившейся толпе, и целая стая танцовщиц вместе с факельщиками и служителями хлынула через нее.

– Держитесь все рядом со мной, – сказал Каммамури. – Главное – не потерять наше место.