Жемчужина Лабуана

– Довольно часто, несмотря на запреты англичан. Еще много вдов сжигают на берегу Ганга.

– Ты знаешь место, где это будет?

– На краю джунглей, рядом со старой разрушенной пагодой, которая с давних времен посвящена Кали.

– Ты уверена, что манти примет участие в этом мрачном обряде?

– Надеюсь, к тому времени ты уже сможешь ходить и отведешь нас туда. Устроим засаду и посмотрим, удастся ли ему улизнуть на этот раз. Дружище Янес, нам, кажется, еще раз повезло.

В этот момент шлюпка подошла к «Марианне».

– Спустите трап! – крикнул Сандокан часовым.

Он быстро поднялся на палубу и сразу попал в объятия человека, ожидавшего его у трапа.

– Тремал Найк! – воскликнул он.

– Я очень беспокоился за вас, – ответил индиец.

– Все хорошо, друг мой. Мы тут не теряли времени даром. Идемте в каюту.

Молодую баядеру поместили в одной из лучших кают на судне. Ей тщательно обработали рану, наложили тугую повязку, и через три дня она если и не выздоровела полностью, то по крайней мере была в состоянии вставать и ходить.

– Эта девушка, – сказал Тремал Найк Янесу и Сандокану, – явно принадлежит к какой-то высокой касте.

– Я попробую расспросить ее, – ответил Янес. – За этим, должно быть, кроется, какая-то непростая история.

После обеда, когда Сандокан и Тремал Найк занялись отбором людей для предстоящей экспедиции, он спустился в каюту навестить раненую.

Девушка уже не испытывала боли. Лежа в мягком и удобном кресле, она радостно улыбалась ему. Эта улыбка на розовых губах и нежный взгляд лучше всяких слов говорили о том, что ей приятно видеть белого господина, как она окрестила Янеса в отличие от смуглого господина – Сандокана.

– Как твоя рана, девушка? – спросил Янес, осторожно беря в свои руки ее маленькую белую ручку.

– Мне больше не больно, господин, твои руки меня излечили.

– Ты еще не сказала нам своего имени, – сказал Янес. – Как тебя зовут?

– Сурама, – ответила она.

– Нет, господин. Я из Ассама.

– Ты говорила, что твоя семья погибла. Что же произошло?

– О-о!.. – произнесла она с глубоким вздохом, и лицо ее омрачилось, на глаза набежало облако грусти.

– Ее убили туги? – осторожно спросил Янес.

Она помолчала, борясь с подступившим волнением, потом тихо сказала:

– Мой отец занимал высокое положение в Ассаме, он ведь был дядей тамошнего раджи.

Он и погиб от руки своего племянника. Этот безумец вообразил, что отец покушается на его трон, на все его богатства, якобы он составил заговор, чтобы убить его. Раджа пригласил отца вместе со всей семьей к себе во дворец и в одном из припадков безумия, которым был подвержен, убил и его, и мою мать, и двух моих старших братьев. Я в то время еще была так мала, что на ребенка у него рука не поднялась.