Женись на мне до заката

На них чуть не набросился хищник? Какой ужас! До сознания Вайолет вдруг дошло, что она только что едва не погибла. По телу пробежала дрожь, к горлу подкатился ком. Как она сейчас ненавидела эти дикие края, где повсюду таилась смерть, и только Морган мог защитить ее! Вайолет было страшно подумать, что бы с ними стало, если бы он не выстрелил или промахнулся. Поэтому она твердо решила, что обязательно научится стрелять. Правда хватит ли ей мужества сражаться с хищниками? Но больше всего в этой ситуации ей не нравилось то, что она испытывала чувство благодарности к своему похитителю.

– Вы остановитесь на привал, чтобы приготовить кугуара? – спросила она, видя, что Морган не садится на лошадь.

– Нет, кугуар – одна из самых крупных диких кошек. Некоторые здесь считают его мясо деликатесом и утверждают, будто по вкусу оно напоминает свинину. Но я подозреваю, что вы не станете его есть и будете воротить нос, как от мяса змеи.

– Ваши подозрения небезосновательны.

– Мне надо убрать кугуара с дороги. Я заберу его с собой.

– Потому что труп привлечет стервятников, которых можно будет заметить издалека. И проезжающие мимо наверняка захотят выяснить, что едят птицы.

Из этих слов Вайолет сделала вывод, что участок Моргана где-то совсем рядом. Иначе бы он так не беспокоился об убитом кугуаре.

Она снова немного сдвинула повязку и увидела, как Морган привязывает кугуара к одному из мулов. Видимо, вьючным животным не понравился запах крови, и они заволновались. Морган назвал их крошками и пробормотал что-то, успокаивая их. Он действительно любил своих животных.

Сев снова в седло, Морган вложил в руку Вайолет яблоко. Она улыбнулась, прекрасно понимая, что ему не следовало беспокоиться о ней. Вайолет не умерла бы от голода, даже если бы он не кормил ее пару дней. Она жаловалась, требовала еды, но Морган не обязан был о ней заботиться.

Ему также не следовало позволять своей пленнице прислоняться к нему и засыпать в его объятиях, ведь как только они тронулись в путь, Вайолет снова задремала, прильнув к его груди. Может быть, Морган просто не замечал ее, пока она молчала? Как бы то ни было, но Вайолет постепенно перестала стесняться в его присутствии.

Конь наворачивал круги, петлял и карабкался в гору. Сквозь сон Вайолет слышала цоканье копыт, ударявшихся о камень и шум бегущей воды, поэтому она решила, что они следуют по течению ручья или небольшой речки. Но дороги здесь не было, и Вайолет сильно качало и трясло. Ее так и подмывало снова взглянуть из-под повязки на окружающие пейзажи. Но Морган заметил, что она подняла руку к лицу, и остановил ее.

– Нет! – рявкнул он.

Вайолет недовольно хмыкнула и про себя осыпала его самыми нелестными эпитетами.