14 ночей с монстром

— София, вам лучше лечь на кровать, — пряча взгляд, произнес дрейг.

За те пару секунд, что я его не видела, он изменился. Кожа стала светлее, а взгляд синих глаз потух, став неожиданно пустым.

— Зачем? — нервно спросила у него.

Слишком много событий и потрясений за такой короткий период.

— Мне придется усыпить вас.

— Что? Но я не хочу. Не надо.

Мало ли что эти дрейги сделают с моим бессознательным телом. Особенно когда я одета в не пойми что.

— Процесс изменения гена очень болезненная процедура, — терпеливо произнес Маррт, явно рассчитывая на мою сговорчивость.

— Подожди, — подал голос Форр. — Тебя что не обезболивали тогда?

— Нет, — сглотнув, отозвалась я. Уж слишком яркими были воспоминания, хотя прошло уже столько лет. Я даже рождение Айрин перенесла легче. — Мне сказали, что так будет эффективнее.

Маррт согласно кивнул, задумчиво глядя на меня:

— Отчасти так и есть. Именно поэтому изменения не смог отследить даже А'Рэ.

— Сколько тебе было тогда? — вдруг спросил монстр, делая ко мне два шага.

— Какая разница? — спросила у него, не желая углубляться в тему.

— Геном просыпается во время полового созревания, — вставил синеглазый дрейг.

— Сколько. Тебе. Было? — требовательно спросил Форр и я сдалась.

— Тринадцать. Мне было тринадцать лет. Вы довольны?

Он снова переместился. Только стоял в паре метров, а вот уже совсем рядом. Настолько, что я чувствовала жар его тела.

Сильные руки на моих плечах. Мне стало страшно, что сейчас все снова повторится. И я успела прижать ладони к груди, когда монстр вдруг наклонился к самому уху и прошептал:

Что за глупость? Но тело внезапно перестало слушаться, колени подогнулись, и я бы непременно повалилась на пол, если бы сильные руки не успели меня подхватить.

Мягкость кровати за спиной и склоненное лицо с невероятными зелеными глазами, смотрящими так глубоко, что трудно дышать. Это последнее, что я успела увидеть, прежде чем отключилась.

Когда я открыла глаза, в комнате уже было темно. В углу на небольшом столике стоял крохотный светильник, который, несмотря на размеры, хорошо рассеивал сумрак ночи, что опустился на город, и в то же время не давил на глаза, ставшие сейчас очень чувствительными.

Я лежала в постели на спине, поверх тонкое покрывало. Увидеть его не могла, но ощущала ткань на своем теле. Но не это было главное.

Общее состояние моего несчастного организма было крайне плачевным. Словно из меня вытащили все силы. Совершенно! Ни оставив даже капли. Я даже двинуться не могла. Для того, чтобы повернуть голову и посмотреть в окно, мне пришлось изрядно попотеть. В прямом смысле. Больно не было, но каждая клеточка измученного тела была опустошена.

Я помнила эти ощущения. И знала, что надо делать. Для начала чего-нибудь поесть.