14 ночей с монстром

Губы потрескались и были больше похожи на древний пергамент, который я когда-то видела в музее во время одного из выступлений отца. Стоит только пошевелить ими, и они порвутся, обнажая кровь и плоть. Хотя может крови тоже не было, высохла, испарилась.

Я чувствовала себя иссохшей мумией. Жутким скелетом, обтянутым хрупкой, тонкой кожей. Невесомой как перышко.

Как бы сложно и тяжело не было, я все еще была жива. Сердце билось, с трудом прогоняя густую кровь через сосуды, дыхание, такое призрачное и неуловимое, срывалось с губ. Воздух наполнял легкие и на выдохе покидал.

Только жажда. Такая сильная, что казалось, если не выпью хоть каплю, умру за считанные секунды.

Голос, раздавшийся над головой, прозвучал как раскат грома. И как бы плохо мне сейчас не было, я его сразу узнала.

Элгар Форр. Высший дрейг. Повелитель города. Тот, кто убил меня.

— Понимаю, ощущения не из приятных, но скоро станет лучше. Регенерация практически завершена.

Дрейг, который отравил меня своим ядом. Но почему я все еще жива?

Попытка хоть что-то произнести успехом не увенчалась. Я даже прохрипеть ничего не смогла. Рот словно наполнили песком, и каждая песчинка корябала язык и небо, мешая выдавить даже крохотный звук.

— Свою часть договора я начал выполнять, — продолжил дрейг.

Я не сразу поняла о чем мужчина говорит. Какая часть, какой договор? Мне так хочется пить. Почему он не дает? Зачем так мучает и издевается?

Это состояние длилось доли секунд. Именно столько времени мне понадобилось, чтобы вспомнить Айрин (как я вообще могла забыть о своей малышке?!) и наше соглашение.

— Процесс лечения запущен. Она будет жить.

Глаза защипало и крохотные соленые капельки сползли по щекам, оставляя после себя горячие следы. А мне еще казалось, что жидкости во мне нет.

Как же долго я ждала этих слов. Сколько бессонных ночей провела, мечтая услышать это. И так боялась поверить.

— Тебя, наверное, интересует, что именно произошло? — неожиданно спросил дрейг.

И я нашла в себе силы слегка кивнуть и попытаться открыть глаза. Все-таки это сложно так разговаривать, не видя хотя бы лица своего собеседника.

Пусть в комнате было темно, а шторы задернуты, но для глаз все равно это сумрачное освещение показалось слишком резким. Я снова зажмурилась и, затаив дыхание, принялась ждать продолжения.

— Я не собираюсь скрывать от тебя правду и все расскажу, — небольшая заминка и издевательское: — Но завтра.

— Видишь ли, в чем дело, Софи, — пальцы коснулись моей руки, провели снизу вверх и обратно. Не ласка. Просто прикосновение, которое сейчас казалось таким ярким. — Наше время закончено.

Не понимаю. Я совершенно ничего не поняла.

— Скоро рассвет. Ночь подошла к концу. Увидимся вечером. Тогда ты и получишь ответы на свои вопросы.