Абандон. Брошенный город

Мелькнул свет фонаря. Глухо хлопнула дверь.

Кто-то стучал по ней.

Кто-то плакал и умолял.

А потом все внезапно стихло.

Снаружи звякнули колокольчики.

И снова раздались шаги по туннелю, но теперь это было уже не клацанье копыт, а мягкое поскрипывание теплых бот на мокром камне. Лана снова начала пятиться, поглядывая через плечо на воющую за спиной вьюгу и сгущающиеся синие сумерки.

– Нет, не бойся, – донеслись до нее новые слова.

Женщина узнала голос.

Из темноты выступил проповедник, Стивен Коул. Шатаясь, как пьяный, серый от усталости, с налитыми кровью глазами и немытыми волосами, он больше походил на изрыгнутое горой существо, чем на духовный компас Абандона.

– Мисс Хартман, что вы здесь делаете? – Проповедник остановился в нескольких футах от пианистки. Теперь они стояли близко от входа, и лица обоих кусали залетающие в коридор колючие снежинки. – Вы ведь были в шахте вместе с остальными в рождественскую ночь?

– Пару часов назад через город прошла шайка индейцев, – сказал Коул. – Едва скальп с меня не сняли. Сейчас все еще в шахте. Я привез пищу и воду, свечи… И золото Пакера тоже здесь. Поэтому обоз и понадобился.

Все вдруг встало на свои места. С самой рождественской ночи Стивен скрывался в Абандоне, прятался от дикарей и ждал удобного момента, чтобы доставить сюда провизию. Девушка облегченно выдохнула. Может быть, и Джосс удалось вернуться в главную пещеру?

– Идемте со мной. Здесь небезопасно, тем более сейчас, когда ночь надвигается, – сказал проповедник.

Лана еще раз посмотрела вниз, на Абандон, но не увидела ничего, кроме снега, темноты и…

Одно-единственное пятнышко светилось на дальней стороне каньона – домик с растопленным камином.

Когда Хартман снова повернулась к проповеднику, он уже держал зажженную лампу и, пристально глядя ей в глаза, протягивал руку.

– Не бойтесь. Вам нужно пойти со мной прямо сейчас.

Они подошли к железной двери. Стивен Коул вынул из кармана ключ и вставил его в замочную скважину.

Он повернулся к Лане ровно в тот момент, когда она бросилась на него сзади, и свет лампы отразился от лезвия охотничьего ножа сверкнувшими в темноте осколками. Стивен ударил рукой по запястью женщины, и нож, наверное, упал бы на камни, если б она не сжимала рукоятку со всей силы и не имела на своей стороне преимущества инерции.

Лезвие вошло мужчине в бедро.

Он вскрикнул и потянулся к карману сюртука.

А Хартман уже бежала, и ее скрывала тьма. За долю секунды до того, как грохнул револьверный выстрел, она споткнулась о камень и упала. В ушах у нее зазвенело. Пианистка поднялась и метнулась к далекому серому овалу выхода. Вспышка осветила коридор, и эхо загромыхало между стенами.

Промчавшись по туннелю за десять секунд, женщина вырвалась из ночи в вечер.