Адора

Феодоре было лестно слышать, что Мурад не мог забыть о ней, даже когда находился в постели с этой юной и красивой девушкой. Однако Тамаре надо было что-то ответить. Она и так смотрела на Феодору с возрастающей ненавистью, будто читая ее мысли.

— Что ж, я не могу тебе ничего сказать в ответ, — начала Феодора. — Прошу тебя только об одном, ты можешь всем сердцем ненавидеть меня, но, пожалуйста, не относись плохо к султану. Он очень хороший человек, и он не виноват, что любит меня уже пятнадцать лет.

Тамара гневно посмотрела Феодоре прямо в глаза.

— Ты, конечно, можешь издеваться надо мной.

Но не надо меня ни о чем просить. Я понимаю, почему султан так любит тебя, — ты — прекраснейшая женщина на земле, — но я не понимаю, почему он не может, пусть чуть меньше, любить меня, ведь я тоже не уродина и я тоже собираюсь родить ему ребенка!

Феодора невесело усмехнулась:

— Дай ему время, Тамара, он еще полюбит тебя. Я скоро стану старой, а ты еще совсем девочка, твое время скоро придет. Моя судьба, между прочим, очень похожа на твою. Меня выдали замуж за султана Орхана, когда я была еще моложе тебя. Как и ты, я оказалась в совершенно чужой для меня стране.

Султан Орхан вначале вовсе не замечал меня, а потом жестоко изнасиловал. Только после этого он стал обращать на меня внимание. От Орхана я родила брата Мурада, принца Халила. После смерти Орхана я стала женой князя Месимбрии, а после его смерти Мурад предложил мне стать его наложницей, и я согласилась.

— Ты была женой, а потом согласилась стать наложницей? — удивилась Тамара.

— Но почему? Император Иоанн ведь мог потребовать, чтобы Мурад взял тебя в жены?

— Нет, не мог он этого потребовать.

Он — такой же вассал султана Мурада, как и твой отец.

— Но как же ты могла смириться с таким положением? Византия все-таки не Болгария!

— Очень просто, — ответила Феодора. — Во-первых, я очень люблю Мурада, во-вторых, я — второй человек в этом государстве. Я люблю, любима, обладаю большими богатствами и большой властью. Чего еще мне желать?

— То есть ты довольна своим положением?

Так случилось, что окончание их разговора слышал Мурад. Его очень обрадовало, что Феодора на последний вопрос Тамары ответила утвердительно. Он вошел в комнату вместе с принцем Халилом, и их появление прервало беседу женщин.

Халил подбежал к матери и обнял ее.

— Мама, могу тебя поздравить, ты скоро станешь бабушкой! — скороговоркой произнес он.

— Боже! Халил, это правда?! Но ведь ты еще так молод, тебе всего шестнадцать лет.

— Зато Элексе почти восемнадцать! Так что ничего не бойся!

— Я ничего не боюсь, но раз уж здесь объявляют о предстоящих родах, — сказала Феодора и повернулась к Мураду, — то я должна объявить, что у меня тоже родится ребенок.