Адвокат вольного города 5 (СИ)

— Ну да, такое себе. Просто и не пробиваемо. А какого уровня? Видели бланк?

— Да, за такое не берусь. Магическую защиту не подделать, на таком уровне сам документ знает, что подпись подлинная или нет. Хоть ты тресни. Хотя первого или при большом везении, второго уровня можно дотянуться. Обмануть. Есть магическая защита, есть магические артефакты, которые её преодолевают.

— Сейчас дам документы. С Вас сто девяносто один рубль по смете.

— Я помню и принёс. Герр Канцлер, а Вы вот человек умный…

— Так говорят обычно чтобы потом оскорбить или чтобы что-то попросить, например, в долг.

У Вас финансовые проблемы, Аркадий Ефимович? Потому что я не допускаю мысль, что Вы хотели бы меня оскорбить.

— И не допускайте. Вы правы, попросить, но не денег или услуги, а совета. Знания. Вы когда-нибудь слышали про Индию? Не ту, которая страна, а такое понятие в мире магии и Изнанок?

— В Индию нельзя попасть. Иначе бы все уже прорвались туда и вынесли всё ценное. А ценного там, говорят, есть.

— А расскажете, что знаете?

— Расскажу, только давайте с документами по директору разберёмся.

— Мне бы консультацию.

Офис. Я посмотрел на часы.

Было раннее утро и крепкий кофе, недавно обосновавшийся в моём желудке, ещё не успел растрясти мои извилины, пробудив и настроив их на рабочий лад, однако уже запустил своё действие.

Передо мной присел молодцеватый молодой человек с таким лицом, что кажется, он склонен всегда улыбаться, но сейчас был потрёпанным и похмельным.

Вообще-то, это большая проблема, то есть время. Мне тут предстояло решить одну внутреннюю дилемму, но полчаса-час на консультацию есть.

— Меня зовут Игнат, Котофеев Игнат Борисович.

— Мы многочисленное семейство, — грустно усмехнулся он.

— Но вопрос не в семье, а во мне лично. Вернее, в сегодняшней ночи.

— Являюсь лейб-гвардии тринадцатого гренадерского полка обер-лейтенантом. У нас, знаете ли, своя линейка званий…

Я согласно кивнул, потому что, во-первых, совершенно ничего не знал о линейках званий лейб-гвардии, а во-вторых, маловероятно, чтобы это имело значение при решении юридических вопросов.

— Вы сами, как, не служили? — осторожно спросил он.

— Не довелось. Так что же случилось, Игнат Борисович?

— Ах да… Случилось. Да Свободина эта, Маруська… Я в вашем Кустовом по приказу… впрочем, не важно, почему я тут.

Потащила нас, то есть меня с Приёмыховым, он местный, одной из казачьих рот командует, в тот подвал. А моя командировка заканчивается уже завтра, даже сегодня могу уехать. Но тут такое дело…

— Амурное? — Попытался направить его повествование на какое-то определённое русло.

— Да ну, — отмахнулся он. — Мы играли. Играли. Карта то шла, то не шла.

— Интуитивно. И много?

Он закряхтел, как старый дед.

— Да это всё Михалыч. Мол, давай, карта прёт…

— Двадцать одно.