Адвокат вольного города 5 (СИ)

Канцлер замолчал, протёр увесистую лупу и стал смотреть, то на договор, то на светокопию соглашения

— Оригинала нет, верно? — пробормотал Канцлер и я коротко ответил «да», чтобы не отвлекать его от собственно «созерцания».

Он стал похож на старого доктора, который осматривает больного, молча и сосредоточенно, прокручивая в голове свои знания и опыт, сравнивая с малозаметными симптомами.

Канцлер неторопливо переводил лупу то на договор, то на соглашение. Сложив губы трубочкой, он неосознанно бормотал что-то себе под нос.

— Ну вот что, Аркадий. Печать настоящая. Почти наверняка.

Такое может быть, ну, в Вашей истории?

— Может. Бандиты печать в какой-то момент заполучили. Могли поставить настоящую.

— А вот подпись — подделка. Во-первых, угол наклона другой. Похож, но другой. Во-вторых, заглавная буква у настоящей подписи обладает специфическим уступом, это выглядит как помарка, словно рука на долю секунду дрогнула, но встречается во всех «образцах», которые Вы мне дали. Дальше, у настоящего Хокшилда буква «л» написана неправильно. Он у нас всё же англичанин и, хотя подпись стилизована под русский язык, начертания букв такие, как это принято в латинице, а не постгреческой кириллице.

В итоге мы имеем что?

— Печать оригинал, подпись нет. Подделка на хорошем, на крепком таком уровне. Я бы даже сказал, что это Родион Иванович балуется.

— Ну не совсем, он не занимается комплексным изготовлением документов, а только подписи, но в своём деле достиг больших высот. Он всё-таки художник, хотя и опальный. Его беда только в том, что он торопится выполнить заказ и вернуться к своим кистям и краскам, которые к слову, денег ему не приносят, это его страсть.

— А если его спросить?

— Это категорически против обычаев.

Мало, что он не скажет, сам факт того, что Вы спрашиваете будет воспринят, как оскорбление. Тем более, Вы адвокат, человек почти что официальный.

— Понял, спрашивать не буду. В принципе, мне достаточно Вашего слова.

— Что Вы будете делать с этим документом?

Прокуратура жила своей привычной беспокойной жизнью, кто-то бродил по коридорам, в их собственных допросных на кого-то орали, молодой парнишка тащил кипу документов, два матёрых следователя прокуратуры прошли мимо меня, доставая на ходу по дорогой сигарете Pall Mall Red Superkings.

Меня пропустили без лишних вопросов, но вот в кабинете Ангелины её самой не оказалось, а дверь была заперта.

Я стоически подождал её четверть часа, и она появилась, вся из себя сосредоточенная и куда-то спешащая. Мельком взглянув, она открыла кабинет и впустила меня внутрь.

— Привет, — когда нас никто не мог видеть, я обнял её и она на секунду расслабилась, а потом вздохнула.

— Привет. Прости, прости. Мне спешить надо, у нас там следственные действия. Не могу даже пару минут поговорить.