Александр Солоник: киллер мафии

На процессах с его участием свидетели обвинения нередко перебирались на скамью подсудимых, а подсудимых освобождали из-под стражи прямо в зале суда.

Вот и теперь, сидя в небольшом уютном кабинете юридической консультации, Адвокат выслушивал немолодого уже мужчину. Нос с горбинкой, черные вьющиеся волосы, характерный акцент выдавали в клиенте уроженца Кавказа. Посетитель выглядел взволнованным и потому говорил путано, сбивчиво, но Адвокат, ободряюще улыбаясь в усы, лишь кивал:

Собственно говоря, кавказец не был клиентом, а его доверенным лицом. Достаточно было взглянуть на его татуированные пальцы, на характерные разболтанные движения кистей рук, достаточно было услышать манеру разговора, чтобы понять – подследственный, поручивший этому человеку первую беседу с защитником, также, несомненно, не совсем в ладах с законом.

Посетитель, назвавшийся Гурамом, сразу же прояснил ситуацию. Тенгиз – так звали его товарища – натуральный, патентованный вор в законе. Не «апельсин», а из старых, «нэпманских», «босяцких», и коронацию свою заслужил не ссыпанными в общак башлями, не сомнительными услугами, а многочисленными ходками на зону, «правильным» поведением за «решками», справедливостью и несомненным авторитетом в своем кругу.

Государство так же, как и татуированный синклит, отметило авторитет Тенгиза, но по-своему, присвоив ему почетное звание ООР, то есть особо опасный рецидивист.

А дело было так: муровские сыскари, которые по понятным причинам давно невзлюбили законника, решили в очередной раз отправить его на зону. Ментам было выгодно: после ухода авторитетного вора с «вольняшки» баланс во внутрикриминальном раскладе российской столицы нарушится, что давало хоть призрачную, но все-таки какую-то возможность повлиять на некоторые происходящие в Москве процессы. «Закрыть» законника было решено способом столь же действенным, сколь и топорным: подбросить ему ствол, что и было сделано несколько дней назад.

– Понимаешь, дорогой, – Гурам нервно разминал сигарету, – он же вор, а у воров свои понятия… Может быть, ты чего не знаешь, так я тебе сейчас объясню…

Конечно же, Адвокат знал и о методике подобных посадок, и о топорно подброшенных «вещдоках», и о путанице в протоколах изъятия, и, конечно же, о пресловутых «понятиях», по которым законному вору нельзя иметь оружие, но тем не менее терпеливо слушал собеседника.

– Изъяли при понятых «волыну», Тенгиза в «блондинку», – несомненно, жулик имел в виду автозак, – и на «хату». О, щени дэда мовтхэн, – выругался он в адрес ментов поганых по-грузински.