Алый король

— Хатхор Маат сейчас везет обоих в мою башню.

Циклоп наклонил голову, и Ариман почувствовал, что его господин охватывает неводом своего разума весь мир. Освобожденное сознание прокатилось по континентам Планеты Чернокнижников.

— Перерождение плоти настигло Собека, — произнес Магнус. Кожа примарха потемнела, одеяния ученого мужа превратились в багряный доспех, отделанный по краям слоновой костью и серебром. Туловище великана охватила украшенная рогами кираса с гравировкой в виде извивающихся змей, которые окружали неколебимое пламя; к броне крепился килт из полос вываренной кожи. На поясе ручной работы повисли золотой хопеш и скованный цепью гримуар древних заклинаний.

— Да, мой господин, — признал воин, с трудом оторвав взгляд от «Книги Магнуса».

— И что ты задумал для несчастного практика?

Соврать Ариман просто не мог, поэтому сказал правду:

— Я попробую спасти его.

Алый Король разочарованно вздохнул.

— Ты не забыл, что я повелел тебе, Азек? Помнишь, как на вершине этой самой цитадели я предупредил, что твое неповиновение вызовет у меня великое неудовольствие?

Легионер ощутил, как пси-мощь его генетического прародителя возрастает, нависая над Ариманом, как подошва над насекомым. Он проявил детскую наивность, решив, что сумеет утаить случившееся с Собеком.

— Помню, мой господин.

— Видно, не слишком хорошо, — бросил советник.

По-отечески взяв Азека за плечо, Циклоп повел его к рядам столов, занятых безмолвными писцами. Амон следовал за примархом на расстоянии пяти шагов.

— Сын мой, — начал Магнус, — ты нарушаешь мой эдикт, считая его ошибочным и думая, что тебе по силам исцелить Собека. Тебе кажется, что ты способен излечить всех падших, но это не так. Ты обречешь их на удел более жуткий, чем нынешнее проклятие.

— Я не могу просто махнуть рукой на моих братьев, — возразил Ариман.

— Поверь мне, Азек, выстрел в голову будет милостью для твоего практика. Когда-то давно я едва не разрушил себя, стараясь исправить заложенный в нас изъян, но любое лекарство оказывалось хуже болезни. Даже то, что я счел избавлением, в действительности было погибелью, целую вечность ждавшей своего часа.

— Но ведь здесь мы, несомненно, отыщем способ снять проклятие. — Азек обернулся к Железному Окулюсу. — Разве не ради этого вы прочесываете Галактику, отправляете нас за артефактами, безумцами и прорицателями? Разве не ради этого мы собираем сведения?

Алый Король с грустью покачал головой.

— Нет, сын мой. У ваших поисков иная цель.

— Какая же? — требовательно спросил воин.

— Следи за своим тоном, Ариман, — предупредил Амон, взявшись за рукоять хопеша.

Магнус вскинул ладонь, призывая советника успокоиться.

— Я предполагал, что ты уже понял, — сказал Циклоп.