Аромат тьмы

Удивительно, но моя выходка не вызвала у Лесиры ни капли раздражения, она медленно опустила руку, посверлила меня нечитаемым взглядом, а потом, отвернувшись, подошла к столу у погасшего камина, коснулась толстого тома в темном кожаном переплете, полистала желтые страницы. Несколько мгновений томительного молчания, пока я переминалась с ноги на ногу, не зная, что она предпримет дальше, и вдруг Лесира, хмыкнув, медленно обернулась и, вглядываясь мне в лицо, предложила:

— Хочешь, я научу тебя читать? В замке большая библиотека, скрасишь свои унылые дни чтением.

Скрывая внутренний трепет, я хрипло мурлыкнула:

— Разве у нас появилось много времени?

— Время — слишком дорого, чтобы его понапрасну тратить, — снисходительно заметила она, убивая мою робкую надежду на отсрочку зловещего финала ее плана.

— Тогда каким образом ты хочешь научить меня вашей письменности? — сухо уточнила я, сунув ладони в длинные, но неудобные рукава и сжав руки под грудью.

Лесира повела плечом, привлекая внимание к своей нарядной белой рубашке с рукавами-фонариками, и почти равнодушно пояснила:

— Магически передам тебе частичку своих знаний, это не займет много времени и не сложно, зато сможешь читать и писать на лаверском. — Заметив сомнение на моем лице, вкрадчиво добавила: — Наш язык распространен в большинстве соседних королевств. В древности это была огромная империя, но потом распалась под гнетом политических и экономических проблем. Но единый язык остался.

— И что надо делать?

Я была абсолютно уверена: не просто так она сделала вид, что щедра и заботлива, однозначно что-то задумала, но мой щит мешает. Тем не менее, научиться писать и читать в мире, где за тобой гоняются все кому не лень, слишком важно. Опять-таки поможет спастись, выжить. При условии, что удастся сбежать из замка, в котором меня «свои» караулят как опасного преступника. И который, к тому же, осажден «моими» врагами, жаждущими отправить на эшафот.

— Ничего особенного. Надо прилечь, расслабиться, и артефакт все сделает за нас.

Я с минуту молчала, мучительно решая, что важнее: необходимое для дальнейшего выживания знание или защита собственного тела от поползновений Лесиры. Убить меня ей не резон, причинить вред — тоже. Это уже доказано на многих примерах.

— Поклянись на крови, что научишь меня читать и писать, и ничего, кроме этого, мне в голову вкладывать не будешь! — потребовала я, решившись на отчаянный и крайне рискованный шаг.

Услышав мое требование, Лесира неожиданно призадумалась, даже с неким уважением окинула меня взглядом, а не снисходительно и презрительно. Помучив меня молчанием, пожала плечами и царапнула себя до крови по ладони, затем, выполнила мое требование — произнесла заветные слова клятвы.