Аромат тьмы

— Лишенный даже крохи света вайр… — глухо и хрипло прокомментировал мое превращение Фрей, потом у него даже плечи опустились и голос прозвучал едва слышно: — Интересно, за что же именно меня так прокляли Высшие?

Он вперился в меня багровым взглядом и столько в его глазюках нехорошего и жуткого светилось, что я испуганно рванула вверх, прочь отсюда. Как и Дашейн, только уже красной нитью-удавкой, Фрей поймал меня, словно норовистого бычка лассо, приземлил и прорычал мне, то есть в тучу:

Я нехотя послушалась — трансформировалась в проблемную человеческую форму и поспешила оправдаться:

— Оно само, Лесира сказала, это всего лишь защитная форма. А я сама бесполезная пародия на темного мага и ни на что другое не способна.

Распространяться про проклятийника не стала — чревато проблемами!

— Не смей меняться без моего разрешения! — прошипел Красноглазый мне в человеческое лицо, потом приказал вернувшему прежний грозный апломб Дашейну: — Организуй погоню, эта черная пиявка однозначно не могла далеко уйти. Догнать и уничтожить…

— Но его величество хотел лично ее на…

— С желаниями его величества я сам разберусь. Выполнять! — потерял терпение Кровавый Фрей.

Он стоял спиной ко мне, я не видела, что же он такое сделал, отчего Дашейн и другие воины сразу побледнели и, склонив головы, стремительно удалились. Правда, несколько шагов сделали, не поворачиваясь спинами к своему командиру. Неужели прозвище Кровавый Фрей получил не за цвет волос и глаз, а за кровожадность?

Фрей, схватив меня за локоть, потащил прочь из зала.

Глава 8 Так из какого ты королевства, Олеся?

Держал Фрей меня крепко и шел слишком быстро, отчего я чуть не растянулась, запутавшись в подоле. Фрей оглянулся, зло поджав губы, подождал пока я обрету равновесие и пошел медленнее, чтобы я не бежала, а шла, пусть и быстрым шагом. Я все еще не осознала случившегося в зале, не поняла, повезло мне или нет, но решила записать в плюсы тот факт, что этот красный, сильный маг не стал ругать за медлительность, а молча подстроился под мою скорость передвижения. За помехи прежней хозяйке Кверега могли и казнить, предварительно поиздевавшись вдоволь.

Я невольно натолкнулась взглядом на следы своего «пути» сюда, когда Дашейн волок за собой меня, проклятую магичку, от дверей в центр зала. Выглядели следы как темная тропинка, проделанная в серо-коричневом слое пыли. Осознание этого вызвало запоздалую реакцию: меня затошнило от мысли, что я собой собирала чужие останки — серый тлен сожранных и истаявших до пыли людей. И плевать, что сейчас благодаря трансформации в тучку, я снова чистая, ведь она убирает всю грязь.