Часы Зигмунда Фрейда

И машинально открыла свой ящик, потому что там накопилось много рекламы, один листок уже торчал снаружи, как вываленный собачий язык. Обычно почтовый ящик открывал муж, он же оплачивал счета, но у нее на связке тоже был ключ.

На пол вывалился ворох бумажек – рекламные листовки, тонкая газета, квитанции, пара конвертов. Тоже небось реклама.

Она сгребла все это в кучу и сунула в сумку. Тут как раз подошел лифт. Дома она выложила бумаги на столик в прихожей и ушла в ванную. Муж явился через полчаса злой, как черт. Обругал курьера, который как раз доставил еду, обругал водителя фургона и собирался было обругать жену, которая попала под горячую руку.

Она ждала от него этого и приготовилась уже отвечать. Ей хотелось сбить с него это выражение приторной заботы и чтобы не называл больше малышом и не крутился ужом вокруг нее. И кофе чтобы в постель не приносил.

Но муж вдруг сжал зубы так, что заходили на щеках желваки, и промолчал. С едой все обстояло, как она и предполагала, так что пришлось ей выпить обычного чая с сухариком, муж все съел сам.

И очевидно, все же переел, потому что утром не стал завтракать и даже кофе ей не принес, чему она очень обрадовалась.

Как обычно, она навела скромный макияж и закрутила волосы в строгий узел на затылке. И выбрала другой брючный костюм, такой же деловой.

– Ты идешь? – Муж перебирал бумаги на столике. – Ага, квитанция на квартплату пришла.

– Все там… – Она открыла сумку в поисках губной помады и тут увидела конверт, который, очевидно, остался от вчерашней кучи бумаг в почтовом ящике. Она хотела отдать его мужу, но тут увидела на конверте свою фамилию – Ветлицкая. И инициалы. Мелькнула какая-то мысль о несоответствии.

– Больше ничего не было? – спросил муж.

– Нет, – сказала она, найдя под конвертом тюбик губной помады.

Она сама не знала, почему это сделала. Наверняка письмо – просто рекламный трюк. Они думают, что если прислать рекламу в конверте с адресом, то человек не удержится и откроет, сразу не выбросит. Но все же… ей никто не присылает писем.

– Ты идешь? – спросил муж. – Опоздаешь…

– Иду! – Она улыбнулась ему без насилия над собой. Хотела чмокнуть еще в щеку, но это был бы перебор.

На стоянке возле банка она увидела полицейскую машину с включенной мигалкой.

– Слушай, я тебя здесь высажу, – мрачно сказал муж, – на работу тороплюсь.

Она была только рада. И не стала уточнять, как же все-таки у него строится расписание дежурств. Если сутки через трое, то никак не получается. А впрочем, ее это не интересует.

– Привет! – Охранник сегодня был какой-то встрепанный.

– А что случилось? – спросила она.